В пригороде Альбукерке, на пыльной улице с треснувшими тротуарами, 16-летняя Миа Кортес чинит старый мотоцикл Yamaha в гараже, доставшемся от покойного отца. Ее сосед, Эдди Ларсен, в мятом баскетбольном свитере постоянно подкалывает: «Опять масло на джинсы пролила? Папа бы поржал». По вечерам они таскают из супермаркета *FoodPlus* консервы для бездомного ветерана Джима, который ворчит: «В ’91-м у
В Нью-Йорке фотограф-фрилансер Итан Колтер, перебиваясь подработками для таблоидов, находит на блошином рынке старую пленочную камеру «Зенит-Е». После первых же снимков в заброшенной подземке на 14-й улице на отпечатках проявляются силуэты в стиле 70-х — кожаные куртки, широкие брюки. «Ты точно не пересветил пленку?» — Майк, его друг-оператор, ковыряется в проводке своей камеры, пока Итан листает
Слепой массажист Ити, прячущий меч в бамбуковой трости, приходит в прибрежную деревушку Сирануи, где готовятся к летнему фестивалю. На рынке он слышит, как торговец рисовыми лепешками спорит с местным красильщиком Ёсиро: «Твои краски воняют тухлой рыбой, отпугиваешь покупателей!» Ити останавливается у лавки старухи О-Кику, продающей амулеты от злых духов, и узнает, что сын рыбака Таро исчез после
Эмма, 27 лет, и её младший брат Дэвид перебираются в полуразрушенный дом на окраине Лидса после смерти матери. В кухне с облупившейся краской пахнет сыростью, а трещины на стенах Эмма заклеивает старыми газетами. Ночью Дэвид на чердаке находит коробку с письмами 1920-х: кто-то описывает «тварь с перепончатыми крыльями», которая утаскивает скот в болота. «Ты слышал? Как будто кто-то царапается под
Чарли, 12 лет, в рваной синей куртке, копается в гараже отца Джонатана, пытаясь найти старые гирлянды для ёлки. В углу он натыкается на коробку с игрушками своей покойной матери — внутри плюшевый олень с оторванным ухом и записка: *«Если сломается — постучи три раза»*. Младшая сестра Эмили, 8 лет, в носках с оленями, тащит в гостиную недоделанного снеговика из ваты. «Папа опять забыл купить
Лиам, пятнадцать лет, каждое утро режет тосты диагональю, пока мать кричит из гаража: *«Не забудь мусор вынести, а то медведи опять роются»*. В школе, на третьем этаже с отслоившейся краской на подоконниках, он сталкивается с Эмили — новенькой в очках с фиолетовыми дужками. Она рисует в тетради узоры, похожие на руны, и шепчет: *«В парке за старым мостом… там кто-то ходит ночью в плаще, как из
Джерри нашел кое-что в овраге за старой мельницей, пока чинил прокол на велосипеде Schwinn. Ржавая банка из-под пепси, карта с отметками от бензоколонки и пятно на земле, пахнущее гнилью. Марта, толкнув его локтем, прошептала: "Эй, это же..." — но Лу перебил, вытирая пот со лба: "Не трогай. Уедем". Они бросили фонарик в кусты и поскакали по гравийной дороге, молча. Дома Марта
В Милане, 2001-й. Лука, 22 года, с рыжими патлами и масляными пальцами, чинит Alfa Romeo 75 в гараже отца. По вечерам гоняет по промзоне с братом Марко — тот водит Fiat Croma 1987, в багажнике вечно валяются пустые банки Peroni. «Опять поршни клинит», — бормочет Лука, вытирая тряпкой с надписью «Монца-90». В пятницу у реки на via Padova Сабрина, сестра Марко, продаёт сигареты из-под прилавка. Её
В захолустном городке Брекен-Ридж электрик Итан Морроу, затягивая сигарету на крыше фургона, первым заметил мерцание уличных фонарей возле заброшенной заправки «Shell Creek». Через час медсестра Лена Шоу, отмывая кровь с рук в больничном туалете, услышала хриплый вой из вентиляции — звук записали на диктофон, но плёнка оказалась чистой. Шериф Коул Тренти, разбирая заявление о пропаже подростка,
Мира, библиотекарша из городка возле озера Блед, каждый вечер задерживалась, разбирая старые газеты 80-х. В углу читального зала — треснувшая люстра, которую никто не чинил с прошлой зимы. Её брат Лука, механик с фабрики по ремонту поездов в Ческе-Будеёвице, приезжал раз в неделю, пахнущий соляркой. «Сегодня в котловане под вагоном нашли какую-то железку с рунами», — говорил он, вытирая руки об
В приморском городке Валлерсунн учительница Ида Сёренсен находит в подвале заброшенной церкви выцарапанные на кирпичах даты: **1894, 1942, 1985**. Местный архивариус Эйвинд Торстад, перебирая пожелтевшие газеты, сопоставляет их с исчезновениями женщин: «Анна Лунде, служанка, пропала в октябре 1894-го. Нина Хольм — зимой 1942-го». Сосед Иды, рыбак Магнус Братт, случайно обмолвился за пивом: «Мой
Марек с Томеком коптили «Карао» на скамейке у гаража №5, пока Кася разгружала контрабандные джинсы на рынке «Зелёный». «Сколько дал?» — спросил Томек, разглядывая потёртую купюру в руке Марека. «Хватит на полторы бутылки, если Михал из «Баклажана» не накрутит цену». Вечером у них был план: найти того парня с татуировкой дракона, который обчистил их тайник в подвале школы. Кася, отодвигая прядь
