Копенгагенский тест (1 сезон)

Элис Морган, нейробиолог из университетского городка где-то в Орегоне, три ночи подряд засыпала над результатами сканирования. Ее коллега, Майкл Рейес, ставил кофеварку на повтор, и они молча разглядывали аномалии в миндалевидном теле испытуемых. «Слушай, это не погрешность, — сказал Майкл, тыкая пальцем в график. — Паттерн одинаковый у всех, кто набрал выше девяноста баллов. Как будто в мозгу включается другая лампочка». Их открытие — простой двухчасовой тест, определяющий врожденную склонность человека к эмпатии, — из лаборатории с потрескавшимся линолеумом быстро утекло в госструктуры.

Сначала данные начали использовать в тихих кабинетах. А потом в аэропорту Денвера пассажиров с низким индексом «С» стали отводить на дополнительный досмотр. Элис, увидев новости по телевизору в баре, раздавила в пепельнице окурок. Ее с Майклом отстранили от проекта, а доступ к серверам заблокировали. Майкл, глядя в окно на мокрый асфальт своего района, получил смс от сестры: «Мне пришел какой-то запрос от работодателя. Про какой-то тест?» Они поняли, что их алгоритм живёт своей жизнью. Элис по вечерам стала замечать, как сосед этажом выше, ветеран с собакой, перестал кивать ей при встрече. Он просто смотрел в лифте на цифры, а его пес скулил.