Салли каждое утро в своей студии на бульваре Санта-Моника заваривает растворимый кофе. На прослушивании в здании с облупившейся краской ассистент, не глядя, бросает: «Ваше фото мы оставим». Она возвращается в кафе «Динер», где шеф-повар Леон всегда откладывает для нее кусок чизкейка. «Опять мимо, Сал?» — спрашивает он, вытирая тарелки. Она кивает, замечая на экране телевизора лицо актрисы с
Филипп, тридцатилетний москвич, обнаруживает в своём рюкзаке, помимо носков и зарядки, чужой айфон. Звонит Света, владелица телефона. Они встречаются у станции метро «Краснопресненская». Света, немного нервничая, предлагает необычную сделку: она вернёт его документы, которые тоже оказались у неё, в обмен на то, что Филипп выполнит несколько её правил. «Просто сходи со мной в кафе, поболтай десять
Алекс, португалец, работает на стройке под Лиссабоном, живет в баракe с такими же. Его вещи — спальный мешок на полу и пачка «Lucky Strike» в кармане рваной куртки. «Триста евро, – говорит ему Мануэль, прораб. – За визу шенген. Найдешь — поедешь. Нет — останешься тут». Алекс собирает деньги по родне, продает старый мопед отца. В Нидерландах, в Гауде, он моет формы на сырной фабрике. Спит в бывшем
Александр просыпается в своей белградской квартире от запаха жареной лука из квартиры соседей. На кухне он заваривает крепкий турку, смотрит на трещину на потолочной плитке. Его сестра, Анна, звонит и говорит сквозь шум улицы: «Приезжай, наконец. Мама весь день про тебя, а окна мутные, помоешь». Он обещает, вешает трубку, замечает старую царапину на холодильнике. Он едет на автобусе в пригород, в
Минчхоль сидел на скамейке в парке Ёйдо, пальцы покраснели от холода. Он наблюдал, как мужчина средних лет, Чансу, трижды проходил мимо фонтана, не решаясь сесть. Ветер гнал по асфальту оранжевые листья. «Вы тоже ждете кого-то?» — спросил Чансу наконец, его голос сорвался. Минчхоль покачал головой и подвинулся, давая место. Их разговор начался с жалоб на вечно горящие уличные фонари, которые
Алексею звонит отец, как всегда, рано утром в субботу. «Приезжай, — говорит он хрипло, — а то я помру скоро, даже нормально не похоронишь». Алексей отмахивается, мол, опять за свое, пьешь же. В трубке – долгая пауза, потом: «Ну, как знаешь». Вечером звонок из Свердловска: отец найден в своей однокомнатной «хрущёвке» на кухне, возле пустой пачки «Беломорканала». Сердце. Алексей летит первым рейсом
Джейк, сорокалетний программист из Сиэтла, застрял в рутине: дорога в офис в семь утра, дошираки на обед, редкие разговоры с сестрой по телефону. Его жизнь — это код и тишина двухкомнатной квартиры с видом на пожарную лестницу. Все меняет случай в прачечной самообслуживания на Элм-стрит: его любимая серая худи застряла в машине, а женщина по имени Лиза, художница, ткнула карандашом в кнопку
Никка, уже несколько лет как отошедший от старых дел, работает в Чандигархе механиком в маленьком гараже. Запах машинного масла и пыли для него теперь привычнее порохового дыма. Однажды вечером, разбирая старый мотоцикл Royal Enfield, он находит в бензобаке спрятанный конверт — это неразборчивые координаты и ключ-брелок от сейфа. Его покой нарушает звонок от Джасприта, его старого наводчика,
Лана, с двумя чемоданами и ссадиной на колене, устраивается на работу в старом тбилисском доме с витражными окнами. Её задача — ухаживать за пожилой соседкой, госпожой Элисо, которая целыми днями перебирает чётки и смотрит в стену. Днём Лана моет лестницу с запахом лаванды и воска, слушая, как хрипит лифт. Ночью звонит мужу Георгию в Батуми: «Здесь слишком тихо. Слышно, как мыши в стенах
В тоскливую ноябрьскую слякоть Марио, итальянец, копался в гараже своего нового дома где-то в финской глуши. Его жена Каарина, финка, разгружала в кухне коробки с посудой, громко стуча крышками кастрюль. «Ты знаешь, что они тут самогон гонят, из картошки? Сто литров, — сказал он, вытирая масляные руки об старые джинсы. — Можем и мы. Просто чтобы согреться». Каарина фыркнула, но на следующее утро
Элайза, бывший военный, теперь курьер в Нью-Йорке, носит заказы в рюкзаке с оторванным ремешком. Ей звонят из неизвестного номера, мужской голос без представления говорит: «Пакет из химчистки «У озера» на 14-й улице. В кармане пальто вы найдете ключ от камеры хранения на Центральном вокзале. Не открывай пакет». Она находит в указанном пальто не ключ, а конверт с билетом в Париж и фотографией
В родной город, где половина окон заколочена фанерой, возвращается Алексей. Его отец, Николай, чинит у печки старый примус, даже не оборачиваясь на скрип двери. «Приехал, значит, — бросает он, — там в кастрюле щи. Только мне от талых вод погреб откачивать, ты уж сам». Алексей оставляет сумку у порога, пальто вешает на гвоздь. Разговор не клеится; отец только сухо спрашивает, надолго ли. «Не знаю