Лиза, 14 лет, в рваных джинсах, прячет дневник под половицей в старом доме на окраине Копенгагена. Ее брат Микаэль, 11, целыми днями ковыряется в сломанном транзисторном приемнике, собирая детали из мусорных баков возле порта. Они живут вдвоем с тех пор, как мать увезли в клинику с «нервным истощением» — так сказал врач в белом халате, пахнущем йодом. По утрам Лиза варит овсянку на керосинке,
В заброшенной больнице «Аой» на окраине Осаки собираются двенадцать подростков. Среди них — Юки, 17 лет, в мятом школьном пиджаке с оторванной пуговицей, и Аяна, которая постоянно теребит черный шарф на шее. Они нашли друг друга через анонимный форум, договорились встретиться в 21:00. Рёта, парень с татуировкой дракона на запястье, раздает таблетки из прозрачного пакета: *«Кто первый?»*. Никто не
Алисия, официантка в забегаловке на окраине Сан-Паулу, каждый день таскает подносы с *feijoada* и *brigadeiro*, пока копит на курсы дизайна. Её парень Маркос, механик из гаража на Rua Augusta, вечно ворчит, что ей «хватит мечтать» — вчера снова потратил её сбережения на ремонт мотоцикла. «Ты вообще понимаешь, сколько стоит новая цепь?» — бросает он, вытирая руки масляной тряпкой. Всё меняется,
Эмили Стоун, детектив из криминального отдела, приезжает в Брекенвилл после обнаружения тела 16-летней Кейтлин Гаррет в дренажной канаве за авторемонтом "Максвелл". Местный шериф Том Харпер, в кабинете которого пахнет лавандовым освежителем, настаивает на версии самоубийства: *"Девочка сбежала из дома, бросила телефон в реку — типичная история"*. Эмили замечает следы борьбы на
Линь Цяо, девятнадцатилетняя курьерша, каждый день мотается по узким переулкам Шамь Шуй По с коробками лапши быстрого приготовления и подержанной электроникой. Ее отец, Чэнь Шоу, владеет крошечным ломбардом, где между треснувшими зеркалами и радиоприемниками 80-х прячет бутылки с *гамджинджаном*. «Цяо, перестань пялиться на часы клиентов, — бурчит он, вытирая пыль с бронзовой статуэтки гуаньинь.
Карлос, пятнадцатилетний парень с потертым рюкзаком, каждое утро проходил мимо мескитового дерева на площади Пуэбло-Вьехо. Его кроссовки взбивали пыльцу с дорожек, смешивая ее с запахом жареных лепешек из ларька донны Росио. «Опять в библиотеку?» — кричала Мария, поправляя синюю заколку в волосах, пока разгружала ящики с чичарронами в лавке отца. Она знала — он искал записи о дереве, которое, по
Лила Мартинес, 23 года, мотается по Лос-Анджелесу на велосипеде с коробкой для доставки еды, закрепленной изолентой. Её шлем с царапиной от падения в прошлом месяце, а на раме — наклейка с коалой, оставшаяся от младшей сестры. Каждый день после смены она заглядывает в бар «Серебряный краник», где бармен Итан Картер, парень с татуировкой якоря на запястье, подсовывает ей бесплатный чизкейк. «Опять
Марко, мясник с рынка Сант-Эразмо в Неаполе, обнаружил в говяжьей туше заостренный зуб, похожий на акульий. «Чёрт, опять бракованное мясо», — пробормотал он, вытирая руки о фартук, запачканный кровью. Зуб завернул в газету с кроссвордами, сунул в карман. Вечером, за рюмкой граппы в баре «Каналетто», показал находку Луке — другу-археологу, который копался в руинах Помпеи. «Это не животное», — Лука
Джейкоб Миллер, 16 лет, вкалывает в гараже отца в провинциальном Рок-Крике — городке, затерянном между канадскими холмами. Каждый день начинается с вонючего машинного масла на рубашке и окриков отца: *«Не гни спину над радиатором — бери домкрат»*. По вечерам Джейкоб пробирается через заросший лопухами пустырь к ржавому ангару, где прячет старый «Кавасаки», найденный на свалке. В кармане — схема
Нимбе, худощавый парнишка в выцветшей футболке с логотипом «Chelsea», пробирается через толчею рынка Балаогун. В кармане — три украденных банана, которые он сунул в руку младшей сестре Босс перед тем, как скрыться за ржавым киоском с водой в пакетиках. «Они тебя поймают, как в прошлый раз», — бормочет Туне, его сосед, разбирая старый мопед у хижины из гофрированного железа. Нимбе игнорирует:
Ливия, в потрёпанной косухе, моет столики в кафе на Карл-Маркс-штрассе, пока мать кричит из кухни: «Кто оставил грязные тарелки в раковине?». Она крадёт чек у постоянного клиента — старика с таксой — чтобы оплатить абонемент в бассейн. Йонас, пряча банки с краской под кровать, спорит с отцом-полицейским: «Это не мои метки на стене, клянусь». По вечерам они с Кази, парнем из сирийского квартала,
Эмили, в чёрном кружевном платье и с синими волосами, моет бокалы в кафе "Ночной котел" на углу Мейн-стрит в Редвуде. Джейк, новый повар с татуировкой якоря на запястье, роняет лопатку для спагетти, когда замечает, как она перевязывает шнурки на грубых ботинках красным шарфом. «Ты специально?» — бормочет он, вытирая латте с футболки после их столкновения у стойки. Она достаёт из кармана
