Молодой парень Лукас каждое утро встает в пять, чтобы помочь отцу, Марко, на семейной сыроварне в Альпах. Он механически переворачивает тяжелые головки сыра, пропитанные запахом старых деревянных полок. Всё меняется, когда за старым холодильником он находит потрепанный солдатский медальон и сложенную вчетверо карту с пометкой «Санкт-Готтард». Отец, увидев находку, молча побледнел. «Это не наше
Маартен, архитектор пятидесяти с лишним, всё ещё носит в бумажнике смятое фото покойной жены. Амели, тридцати трёх лет, корректор в издательстве, выбрасывает в мусорное ведро букет от ухажёра, который снова забыл, что она не любит тюльпаны. Они встречаются в зале для танго на окраине Амстердама, куда оба записались от безнадёги. После неуклюжего занятия, за чашкой слишком горького кофе в
Лукас, учитель биологии из Гамбурга, каждое утро протирал листья фикуса на подоконнике своей съёмной квартиры. Его рутина треснула, когда в школьном дворе он увидел новую ученицу — Лию. У неё были точно такие же редкие веснушки на переносице, как у его сестры-близнеца Анны, погибшей в детстве в лесном озере. После уроков он машинально пошёл за девочкой до её дома в районе Бланкенезе, а потом
С самого утра у Хлои болела голова, а на столе в съёмной квартире лежал чужой паспорт на имя Кэтрин Мейер. Она сидела, вцепившись в кружку с остывшим кофе, а её сестра Натали нервно ходила по комнате, повторяя: «Она везде, просто смотри». Пятно от вина на обоях, которое Хлоя пыталась оттереть накануне, за ночь снова проступило ржавым пятном. Вместо отпечатков пальцев дверь на балкон была усыпана
В провинциальном отделении полиции города Шяуляй Андрюс и Тадас уже три дня расследуют кражу велосипеда со двора панельной пятиэтажки. Кофе в их кружках несвежий, а главной темой разговора стало вчерашнее телешоу. Из Вильнюса неожиданно приезжает Гедрюс, следователь из столичного главка, в новомодной куртке и с делом об украденном сельскохозяйственном оборудовании. «Вам нужно отвезти меня к
За барной стойкой в районе Монкок Чэн Хао вытирал стаканы, когда курьер вручил ему коробку. Внутри лежала разбитая гитара «Fender» его молодости и конверт. Конверт был от Ма Лицин, его бывшей, которую он не видел семь лет. В письме всего три строчки: «Почини её. Привези в старую студию на Восточной улице. Жду ровно в четыре». Он не ответил, но через три дня, с гитарой в футляре за спиной, уже
Молодой парень Ерлан приезжает из родного аула в кадетский корпус в Астане. Его отец, водитель грузовика, молча пожимает ему руку на прощании. Новый быт — это кирзовые сапоги, которые натирают ноги, холодные казармы и строевая подготовка под дождем на плацу. Старший кадет Алибек, сын полковника, сразу берет его «на карандаш»: «Приехал из села — и сразу в офицеры? Посмотрим». Конфликт нарастает
Сэм и Лиза наконец-то въехали в этот дом в пригороде, купленный почти за бесценок. Сэм сам красил стину в гостиной, а Лиза расставляла книги по полкам, когда Хлоя, их дочь, впервые сказала, что слышит шаги наверху. "Это просто скрипят трубы," — отмахнулся Сэм, проверяя замки на французских дверях в сад. Но через пару дней Лиза нашла на кухне грязную кружку, которую точно не оставляла, а
Клэр, бухгалтер из Нью-Йорка, сорока трёх лет, начала видеть повторяющийся сон. В нём она стоит под фонарём в незнакомом парке, а мужчина в чёрном пальто молча протягивает ей коричневый бумажный конверт. Наяву её дни заполнены цифрами в таблицах, звуком кофемашины в офисе и одинокими ужинами перед телевизором. Сны стали навязчивыми, детали проступали чётче: трещина на мраморной скамейке, запах
Джек ступил на бетонную дорожку к дому с облупившейся голубой краской на ставнях. Его жена Мэгги, поливавшая герань, уронила лейку. «Мэг, это я», — сказал он, его рука непроизвольно потянулась поправить ремень рюкзака, которого не было. В гостиной, где всё ещё висела школьная фотография их сына Сэма, пахло мятным чаем и статиной. Сэм, теперь уже подросток, уставился на отца, которого считал
Антуан, с папиросой в зубах, развешивает на верёвке простыни, пока Полин вытряхивает пыльный ковёр из окна их квартиры на улице Монж. «Клод говорит, в Валансоль едут. Говорят, там для фильма рабочие руки нужны,» — бросает он, придерживая прищепку губами. Их сосед Клод, водитель грузовика, уже копался в моторе своего «ситроена», а его жена Селин собирала в корзину бутылки с водой и хлеб,
Джейкоб, фотограф из Ванкувера, с утра заваривает кофе в треснувшей кружке с логотипом старой студии. Его жена Лина, архитектор, перебирает на кухонном столе чертежи, заляпанные дождевыми каплями. «Билл звонил опять, — говорит она, не глядя. — Предлагает тот участок у озера Каслгар. Говорит, вид с утёса продаст сам себя». Они молча смотрят в окно на осенний ливень. Через неделю они уже выгружают
