Лила, 16 лет, копается в гараже между коробками со старыми винилами и сломанным пылесосом. Находит гитару с выцветшей наклейкой «The Ravens» — группа, где играла её мать до исчезновения. Бабушка, закатывая банку с солеными огурцами, бросает через плечо: «Она хотела, чтоб ты сама додумалась, куда смотреть». Под струнами Лилa обнаруживает затертые ноты с символами, похожими на шрамы. Когда она
Изабель ван Эгмонд, смотритель музея в Роттердаме, замечает трещину на раме картины XVII века во время утреннего обхода. В подсобке она находит очки пропавшего неделю назад охранника Марка, закатившиеся под стеллаж с инвентарными книгами. «Почерк в журнале регистрации другой», — говорит она реставратору Лене, показывая страницу с датой исчезновения Марка. Дома дочь Софи спрашивает, куда делась
Элина, пятнадцать лет, живет в рыбацкой деревне на датском побережье. Каждое утро она чинит сети в сарае, где пахнет солью и тухлой треской. Отец, Магнус, исчез месяц назад, оставив только потрепанный дневник с пометкой «ледник Свартисен». На причале она сталкивается с Ари, исландским подростком в потертой куртке, который разглядывает карту с метками. «Ты тоже ищешь пропавших?» — спрашивает
Лера прижалась лбом к холодному стеклу плацкартного купе, наблюдая, как за окном мелькают покосившиеся сараи Подмосковья. Саша, раскинувшись на верхней полке, тыкал пальцем в экран смартфона — только что снял селфи с надписью «Транссиб, детка» для инсты. «Слушай, может, в Иркутске сойдём? — бросила она, ковыряя лак на мизинце. — У Машки там хостел». Он фыркнул, доставая сигареты: «Чё торчать в
Аня, пятнадцати лет, живет с бабушкой Розой в крошечном городке под Сиеной, где улицы пахнут жареным артишоком и пылью. Каждое утро они открывают мастерскую *«Bici e Dintorni»* — чинят велосипеды туристам и местным старикам, которые приносят сломанные цепи и проколотые камеры. «Смажь ось, но не переборщи с маслом», — бормочет Роза, разбирая старый Bianchi, пока Аня, в заляпанном комбинезоне,
Джесси, мойщик окон из Редвуд-Сити, каждое утро брал кофе в «Бобровом уголке», пока не заметил, что бармен Карлос три пятницы подряд надевает одну и ту же клетчатую рубашку с пятном от эспрессо на воротнике. «Ты стираешь это вообще?» — спросил Джесси, тыча пальцем в пятно. Карлос, не отрываясь от старого ноутбука с треснувшим экраном, ответил: «Ага. В воскресенье». На следующий день Джесси
Йозеф, парень с длинными волосами, прикрывавшими заячьи уши, жил в съёмной квартире над пражской антикваркой на улице Лилиовой. Каждое утро он протирал пыль с богемского хрусталя, пока хозяйка лавки, Марта, ворчала: "Не разбей вазу 1923 года — она дороже твоей зарплаты". Вечерами он заходил в пивную "У Золотого гуся", заказывал кнедлики и тёмное пиво, но прятался в углу —
Кейта, курьер из района Сибуя, каждое утро объезжал одни и те же адреса: офис на улице Догэнзака, аптека возле парка Ёёги, квартира старухи с третьего этажа, которая всегда заказывала слишком много рисовых крекеров. На третий день маршрут прервался — у моста Аояма он увидел, как бетонная стена метро треснула, будто её разорвали изнутри. Из щели выползло что-то, напоминающее медузу, только с
Юдэска, пятнадцатилетняя девочка в поношенной куртке с выцветшим рисунком дракона, каждое утро тащит мусорные мешки из квартиры на Houtmankade, 12, пока её мать Инес чистит туалеты в отеле на площади Ватерлоо. В школе на уроке голландского Том, рыжий парень с гитарой за спиной, тычет пальцем в её тетрадь: *"‘Fiets’ — это велосипед, а не проклятие. Видишь, две ‘е’?"*. После занятий они
Лина, 23 года, работает в химчистке *«Блеск»* на окраине Чикаго. Каждое утро она протирает пятно от кофе на униформе — клиентка в рыжем пальто вчера опрокинула стакан, бросив: *«Вы же всё равно стираете»*. В подсобке, заваленной мешками с бельем, коллега Марко, бывший музыкант, учит ее играть на губной гармошке, пока не приходит заказчик. Один из них, пожилой мистер Элтон, регулярно приносит
В пригороде Сан-Мигель-дель-Монте Лусио, 17 лет, находит в овраге за рынком раненую собаку с синим ошейником, на котором болтается ржавый ключ. Он заворачивает её в свой потертый худи с надписью *River Plate*, тащит к ветеринару Карлосу, чья клиника помещается в гараже с вывеской из картона. «¿Qué le pasó, che?» — бормочет Карлос, вытаскивая занозу из лапы. Тем временем Роса, сестра Лусио, крадет
Детектив Марк Райли сидит в закусочной на Брайтон-Бич, размазывает холодный картофель по тарелке. Его напарница, Лина Варгас, стучит ногтями по столу: «Ты уверен, что это не обычный грабёж? Третья жертва за месяц — все с вырезанными символами на спине». В кармане Марка звонит телефон — голос из прошлого, Руслан Ковач, бывший информатор: «Они ищут ключ от церкви Св. Елены. Там не свитки, Райли.