Марк Варгас, детектив из департамента Лос-Анджелеса с привычкой жевать мятные леденцы, находит в кармане третьей жертвы обрывок чека из аптеки в китайском квартале. На месте вскрытия патологоанатом София Мендоса, поправляя очки, бросает: *«Следы бензодиазепинов в крови, но умер он от потери крови — как те два в прошлом месяце. Тысяча мелких порезов, будто ритуал»*. Марк замечает на трупе частицы
Нора Лин, 27 лет, копается в гараже родительского дома в Куинсе, пытаясь собрать третий сломанный велосипед за неделю. Её отец, Вемблей, кричит из кухни: «Опять мой шуруповёрт пропал! Ты хоть кончила есть?» На столе — остатки утки по-пекински, которую бабушка Мамай разогревала трижды. Нора швыряет ключ на стол: «Это не стартап, это ад. Мне нужен хотя бы один нормальный байк для презентации».
В задымлённом пригороде Детройта Джейк Морроу, бывший инженер-робототехник, чинит старый дрон в подвале бара «Ржавый болт». Его сестра Лиза, медсестра в полуразрушенной клинике, приносит украденные микросхемы: *«Слухи о штурме подтвердились. Четвёртый сектор пал — у них теперь наши карты»*. Джейк прячет под куртку пистолет с ионным зарядом, пока на улице патруль «Корпорации Единого фронта»
В Бостонском архиве 1980-х Эмили Картер, 34 года, в очках с толстыми линзами, находит коробку с плёнками. На одной — кадры сгоревшего кинотеатра «Рояль», где в 1953 году исчезла девушка в синем плаще. Её коллега, Марк Ллойд, бывший военный с шрамом на ладони, расшифровывает аудиозапись: «Они не ушли, они ждут под экраном». Вечером за кофе с корицей Эмили замечает, что тени на плёнке двигаются
В пригороде Портсмута старшеклассница Алексис Морган каждое утро рисует на руке цифры — отсчитывает дни до выпуска. Её сосед Джейден Коул, парень с гитарой за спиной, замечает это в школьном автобусе: *«Сбежишь раньше, чем чернила сотрутся?»* — усмехается он, показывая свой собственный татуированный счётчик на запястье. Алексис подрабатывает в закусочной *«Грейс»*, где за барной стойкой Майя
Лия, 16 лет, сдирает обои в своей комнате в Бруклине — под кроватью спрятаны сгоревшие наушники и расплавленная зарядка. Она прячет ладони в карманы худи, когда мать кричит снизу: *«Опять перегорели пробки?»*. В Лиссабоне Марко, ее друг по видеосвязи, демонстрирует свежий шрам на плече — рана затягивается за секунды. Он работает в семейном кафе *«O Velho»*, режет хлеб тупым ножом, чтобы не
Ли Мин, девушка из пригорода Тайбэя, каждое утро открывает семейное кафе «Золотой лотос», протирая стойку тряпкой с запахом старого кофе. Однажды к ней заходит француженка Софи в мятой ветровке, показывает фото мужчины в синей куртке: *«Он оставил этот конверт месяц назад. Вы не видели его?»* Ли Мин замечает на фото логотип заброшенной фабрики у реки Даньшуй — там в детстве собирала ракушки. Пока
Джеймс Райдер, 34 года, инженер-электрик из Бостона, три года живет в съемной однушке с треснувшим окном, выходящим на автостоянку. По утрам он заваривает растворимый кофе «Maxwell House», пока лифт в хрущевке стучит колесами. На работе в GreenVolt Corp. коллега Лиза, в розовой кофте с капюшоном, спрашивает: *«Ты проверил схему подстанции на 5-й улице? Клиент звонил дважды»*. Джеймс кивает,
Джейк и Лора Моррисон переехали в тихий пригород Санта-Розы, чтобы растить сына в спокойствии. Но их соседи, семья Брикетов — Тревор, бывший байкер с татуировкой «Live Fast» на шее, и его жена Дарлин, фанатка караоке по средам — превратили их жизнь в ад. После третьей ночи подряд с грохотом мусорных баков в 2:00, Джейк, нервно перебирая ключи от грузовика, сказал: «Они или я. Хватит это терпеть».
Лила Морган, в потёртой кожаной куртке, каждое утро ждёт Марка Дойла у старой будки с хот-догами возле школы. Он опаздывает, как всегда, пряча под капюшоном синяк под глазом — вчера снова драка с отцом. «Тебе вообще есть что сказать?» — бросает она, разворачивая скомканную записку с его почерком: *«Встретимся в гараже после пятого урока. Важно»*. Вместо встречи Марк исчезает на три дня, оставляя
Лайл в кожаном кресле барабанит пальцами по столу, пока Эрик грызет ногти у окна гостиной особняка на Элм-Драйв. Отец, Хосе, оставляет на мраморной столешнице счет за теннисные уроки — $1200, жирный крест красным маркером через просроченную оплату. «Опять ты позоришь семью», — голос из коридора, звон разбитого фарфора. На следующий день братья едут в оружейный магазин на Сансет-стрит; продавец с
Джейкоб, 16 лет, каждое утро отмечается в журнале приюта «Святой Марк» под присмотром миссис Гарсии. Она вытирает кофейные пятна с формы и говорит: «Стройка на 5-й улице ищет разнорабочих. Бери перчатки, там цемент разгружать». После смены он крадёт старые газеты из мусора у городской библиотеки — ищет заметки о ДТП 2007 года, где погибли двое. На обрывке из «Геральд» находит фамилию Вейл, как на