Варшава, зима 1947-го. Януш, бывший инженер, торгует на Рынке Старего Мяста самодельными радиоприемниками из деталей, найденных в руинах. Его сестра Зося, медсестра в полуразрушенной больнице на Тамке, меняет бинты на уголь у солдат из гарнизона. «Опять эти *курвы* дали нам мокрые дрова», — бросает она, разжигая печурку жестяным чайником. По вечерам они роются в подвале дома на Новом Святе, ищут
Марек, вернувшись в родную деревню после смерти отца, находит в старом доме коробку с письмами на польском и немецком. На конвертах — пятна плесени, адрес: *ul. Topolowa 17, Bagnisko*. В местном баре *Pod Łosiem* официантка Кася, щурясь от сигаретного дыма, бросает: «Твой старик каждую пятницу пил тут пиво, один, у окна». В сарае засохшая краска на стенах — детские ростки, даты: 1983, 1989, 1991.
Вроцлав, район Кшики. Семнадцатилетний Марек каждый день после школы бежит на рынок «Старый Мельник», где сменяет бабушку за прилавком с копченостями. Дома его ждет мать, Агата, с хроническим заболеванием почек — у нее отекшие ноги, и передвигается она только с ходунками. «Лекарства в синей упаковке пить после еды, — напоминает она, разбирая пустые флаконы. — А то опять забудешь». По вечерам
В Милане Лука Феррари, инженер-энергетик, находит в кармане пальто записку с координатами — 45.4654° N, 9.1859° E. Это кафе возле Дуомо. За столиком Эмили Дюваль, журналистка из Парижа, щелкает зажигалкой, не закуривая: «Ваш коллега из Берлина слил данные о газопроводе. Ищите пробелы в чертежах». Лука вспоминает вчерашнюю встречу с Йоханном Шмидтом, который поправлял очки, говоря о «технических
Кася застряла у киоска с попкорном, перебирая монеты в ладони. Марек, в потёртой куртке с капюшоном, тыкал пальцем в афишу: «Без субтитров опять ни черта не пойму, они думают, все англичане тут?» За спиной Ола спорила с Томеком у входа в кинотеатр «Световид» — он настаивал на боевике, она дёргала его за рукав: «Ты как ребёнок, серьёзно! Вчера уже смотрел взрывы». Из динамиков лилась реклама
Макс, бывший боксёр с шрамом через левую бровь, копит долги за аренду гаража в районе Воля. Однажды он находит в мусорных контейнерах возле заброшенной фабрики раненого пса — стаффордшира со сломанной лапой. Ветеринар Кася, дочь его покойного тренера, соглашается помочь: «Швы разойдутся — зашивать не буду, денег нет», — бросает она, закуривая на крыльце клиники. Макс крадёт медикаменты из аптеки
Марцин, парень в потрепанной кожаной куртке, разгружал ящики с пивом за барной стойкой в кафе «Под лестницей», когда в дверь вошла Аня. Ее рыжие волосы пахли дымом от ночной смены в химлаборатории. *«Опять не спишь?»* — спросила она, доставая из рюкзака пачку испеченных матерью пряников. Они говорили о долгах Марцина перед местным ломбардом, пока за окном трамвай №17 скрипел на повороте к улице
Алисия, затягиваясь сигаретой у окна хрущевки на Мокотове, пересчитывает пачки злотых. На кухне Кася чистит картошку, вполголоса споря с Магдой: *«Если не отдадим долг Краковским к пятнице, нас вывезут в лес как мусор»*. Вместо ответа Магда достает из сумки паспорта с чужими фото — завтра нужно перехватить груз кокаина в порту Гдыни, подменив водителей. По телевизору фоном идет репортаж о поджоге
Марек, с обветренными руками и масляным пятном на рубашке, каждое утро в пять тридцать заваривал цикорий в крохотной кухне общежития гданьской верфи. Его сосед Юрек, вечно с похмелья, ворчал: «Опять грохот, как в литейном цеху. Спать дай». На работе бригадир Ковальски тыкал пальцем в бракованные заклепки: «До пенсии так и будешь халтурить?» Вечером Марек встречался с сестрой Эльжбетой у ларька с
В Лодзи, на текстильной фабрике «Мирабель», слесарь Марек Грабовский находит в учетных книгах нестыковки — пропажу пятидесяти метров шерстяной ткани. «Пан директор Ковальчик опять затирает следы, — бормочет он, закуривая *mocne* у станка. — Надо к Вере». Вечером, в коммуналке на Злотничей, 8, соседка-швея Вера Шиманьская показывает ему обрывок накладной: «Смотри, тут печать из Гданьска. Твой
Агата каждое утро вылавливает кофе из вендингового аппарата на третьем этаже офиса «Сильвер Консалт» — зерна застревают, стаканчик мнется. В лифте сталкивается с Мареком из финансового отдела: «Опять юбку с прошлого квартала?» — бросает он, поправляя галстук с лошадьми. Она молча ковыряет лак на ногте, вспоминая, как вчера задержалась до десяти, переписывая презентацию для директора Ковальски. В
Марек втихаря пробирается через дыру в заборе за школой, пока одноклассники корпят над контрольной по геометрии. У него в рюкзаке — пачка сигарет «Мальборо» из ларька у станции и потрёпанный блокнот с каракулями, где он неделю рисует схему подземных тоннелей. У гаража на Уяздовке его ждёт Агата в кедах с отклеенной подошвой: «Старые трубы ищешь, или опять отца боишься?» — бросает она, разглядывая