Дэйзи, в потёртой кожаной куртке с выцветшим принтом The Clash, моет посуду в закусочной «Лунный свет» возле шоссе. В углу трещит радио — местный диджей ворчит про цены на бензин. Её соседка Лора, перебирая стопку меню, бросает: *«Старина Джексон опять просил тебя на субботу, его бармен сломал руку».* Дэйзи стучит кружкой о край раковины — трещина на эмали давно собирает кофейный осадок. По
Джек МакКаллен, ветеран с шрамами на предплечьях от осколков в Кабуле, коптит сигарету в углу гаража «Iron & Oil», пока чинит раздолбанный пикап. Его дочь Мия, в растянутом худи с логотипом MIT, ковыряет паяльником в самодельном дроне, снявшем ржавчину с крыши соседского сарая. «Пап, у меня конденсаторы перегорели. Дай старый аккумулятор от мотоцикла?» — бросает она, не отрываясь от экрана с
В пустыне возле Таксона 17-летняя Лина Морроу роется в треснувшем чемодане, найденном рядом с брошенным трейлером брата. На дне — потёртый блокнот с координатами (32°15'36"N 110°58'32"W), пятна крови и фото её и Эрика у кактуса-сагуаро. В соседнем городке Ред-Рок местный механик Джекс, жуя табак, бросает: «Твой братан платил наличными за ремонт джипа. Спроси старуху Эллен —
Лиас, худой парень в потертой куртке с капюшоном, копался в старом журнале на кухне хрущевки в Стокгольме. Его сестра Мира, с татуировкой волка на запястье, разбирала сумку с ножами и катушками медной проволоки. «Стагнелиус сказал, что маяк на Готска-Сандён светился зеленым вчера», — бросила она, закусывая копченой салакой. Лиас молча кивнул, перечитывая заметку о пропавшем рыбаке — в тексте
Лиза Соколова, 19 лет, каждое утро протирает стойку в кафе «Рассвет» на окраине Нижнего Новгорода. Запах подгоревшего кофе смешивается с ароматом дешевых духов из соседнего магазина. В перерывах она рисует в блокноте искаженные лица, пока коллега Таня, с сигаретой в зубах, бубнит: «Опять свои страшилки малюешь? Вчера мужик у подъезда с ножом шастал — вот тебе сюжет». Вечером Лиза возвращается в
Селеста меряет температуру молока на кухне кафе *La Luz*, заказы висят на крючке рядом с плитой. Ей 23, волосы собраны в пучок, фартук в пятнах мате. Каждое утро она проверяет старый радиоприемник отца — ящик с деревянными панелями, на котором лежит записка: *"Частота 98.7, не забудь"*. В перерыве Лусия, коллега с татуировкой ласточки на запястье, толкает ее локтем: "Опять рылась в
Амина Башир, жена новоиспечённого президента Ибрагима, втягивается в паутину дворцовых интриг, когда случайно находит папку с контрактами на поставку медикаментов в столбе мужа. Вместо запланированного открытия школы в Абудже ей приходится пробираться через пыльные архивы министерства здравоохранения, где контрактные суммы не совпадают с реальными закупками. «Ты играешь с огнём, Амина», — бросает
Оксана моет полы в кафе возле киевского вокзала, когда находит в подсобке старую коробку с фотографиями. На снимке — девушка с родинкой над губой, как у нее. "Це ж я? — шепчет она, переворачивая карточку. — *Дарина, 1989 рік. Святошин*". В тот же вечер она едет в хрущевку на Оболони, где соседка-пенсионерка вспоминает: "Твоя матір працювала на шинному заводі. Перед смертю віддала
Джек Морроу, бывший морпех с татуировкой якоря на запястье, торчит в портовом баре *«Скрипучая чайка»* под Нью-Бедфордом. За стойкой Луис, бармен с шрамом через левую бровь, протирает стаканы тряпкой, пахнущей рыбой. «Опять за старым? — хрипит он, пододвигая Джеку виски. — Вчера у причала №12 видели огни. Как у того корабля из твоих бредней». Джек молчит, ковыряет ножом трещину в столе — там
В Чикаго, на чердаке старого дома, 23-летняя Эмили Росс находит коробку с письмами 90-х, адресованными её покойной матери от человека по имени Картер Брайант. Её младший брат, Джейкоб, студент-химик, замечает на обороте фотографии логотип заброшенной автомастерской в районе Логан-сквер. «Ты вообще смотрел в эти бумаги? Тут не только счёта… — Эмили тычет пальцем в распечатки звонков. — Он звонил
В провинциальном городке под Выборгом сестры Лида и Вера Соколовы натыкаются на коробку с детскими рисунками в подвале обветшалой библиотеки. Лида, 28 лет, архивистка с привычкой жевать карандашные грифели, замечает на обороте листа с ромашками дату «1984» и подпись «Марина Г.». Вера, 16, в потертой школьной куртке, тычет пальцем в пятно на углу: «Это не ржавчина. Пахнет железом, как у бабки в
В станице у реки Еи жил рыжий Сашка, сын атамана. По утрам он тайком брал отцовскую шашку, тренировался у старого дуба, пока Марьяна, дочь кузнеца, не заставала его: «Опять заржавеет — отец кожу с тебя спустит». Они с Грицько, сиротой из соседней хаты, патрулировали окрестности — искали следы чужих подвод возле мельницы. Вечерами девчонки ткали полотно, парни чинили плетни, а старик Демьян учил
