Лила Морган, семнадцати лет, каждое утро протирала стойку в кафе «Витражи» на углу Элм-стрит, пока её одноклассник Джейкоб Райт возился с подержанным фотоаппаратом, снимая отражения в стеклах витрин. «Твои блики всегда пересвечены, — бросила она, разливая латте для миссис Кларк, местной учительницы истории. — Может, перестанешь снимать асфальт?» Джейкоб фыркнул, доставая из кармана смятый чек с
В фавелах Сан-Паулу 17-летняя Карла красит стену заброшенного магазина аэрозольной краской, смешивая синие оттенки. Ее младший брат Лукас таскает ведра с разведенной известью — семья три дня белит соседский гараж за еду. Над головой свисают провода, пахнет жареными кассава-чипсами из ларька донны Розы. "Слушай, а если я нарисую тебя с крыльями?" — Карла тычет пальцем в Лукаса.
В закусочной Эдит на углу Мейн-стрит Лия Морган, встряхивая мокрые волосы от дождя, тыкает вилкой в подгоревшие оладьи. За соседним столиком Джейк Тернер, ее одноклассник, разбирает старый транзистор, из которого льётся искажённый голос диктора: *«…повторяем, эвакуация не требуется»*. «Слушай, у тебя в гараже ещё тот микроскоп?» — бросает Лия, показывая фото с чёрными прожилками в луже у школы.
Нина, девчонка из Воронежской области, сбежала от скуки в Москву. Устроилась официанткой в кафешку на окраине — фартук с кофейными пятнами, чаевые мелочью в жестяной банке из-под печенья. Жила в общаге на Тёплом Стане: комната на троих, обои пузырятся от сырости. По вечерам звонила Антону, парню из дома. «Опять дождь?» — бормотал он в трубку, слыша гул машин за окном. «Не дождь, а снег с дождём,
Лена Шмидт, 28 лет, печет ржаной хлеб в берлинской пекарне *Kornfeld* на Фридрихсхайн, когда звонит телефон. На экране — код +381. Дядя Милан из Белграда хрипит: «*Zaboravila si jezik? Дай бог здоровья, бака Ленка… баба Драга не встаёт. Дођи, ако можеш.*» Она вытирает руки в муке, смотрит на календарь: 12 октября, день объединения Германии. В аэропорту Тегель пахнет кофе и пластиком. Сумка — две
Эмили, пятнадцатилетняя рыжая, с постоянно потрепанным блокнотом в руках, нашла человеческую берцовую кость в старом дубовом шкафу на чердаке заброшенного дома на Пайн-стрит. Её подруга Лена, в розовом рюкзаке с нашивкой «SPF 50», пыталась оттащить её за рукав: «Ты вообще слышала про закон подлости? Щас потолок обвалится, и мы станем следующими экспонатами». Эмили, игнорируя, достала фонарик,
Джина, Лу и Марси колесят по пустынным промзонам Лос-Анджелеса, объезжая трещины в асфальте на роликах, обмотанных изолентой и старыми наклейками. Лу в джинсовой куртке с выцветшим пиратским флагом на спине разбрызгивает баллончиком тег «SK8RATS» на стене заброшенного мясокомбината, пока Марси ковыряет отвёрткой замок на дверце грузовика с логотипом «TechStar». «Эй, Джин, у тебя левый колёсико
Лила, пятнадцатилетняя школьница из Сан-Франциско, роется в гараже отца-физика, пропавшего три дня назад. Под грудой схем находит металлический диск с гравировкой «TL-9». Рядом валяется открытка с адресом кафе «Гриндл» на Эмбаркадеро. Ее друг Рей, чинящий мопед у порога, бросает: «Твоя старушка опять звонила. Грозилась в полицию стучать, если к вечеру не объявишься». Лила игнорирует, вставляет
Лиза в пятницу после уроков застряла в «Бинз энд Букс» — кафе через дорогу от старшей школы Гринвуд. Джек, парень с рыжими кудрями и вечно расстёгнутой рубашкой, принёс ей латте с сиропом, который она не заказывала. «Ты же всегда берешь ваниль», — буркнул он, усаживаясь рядом с учебником по химии. Они спорили о третьем законе Ньютона, пока Лиза рисовала сердечки на салфетке, а за окном дождь
Джейк Морено, пятнадцатилетний сын автомеханика, каждое утро режет через пустырь за *Burger Star*, чтобы успеть на уроки в школу Линкольна. Его рюкзак вечно пахнет жареным луком из-за подработки на кухне семейного кафе. В химии он сидит с Миа Шелдон — девочкой в растянутом свитере, которая тайком кормит бездомного пса кусками сэндвича. «Опять забыл реакцию нейтрализации?» — бросает она, когда
Шон Маллой, бывший боксер с шрамом через левую бровь, торчит в бостонском порту, пытаясь продать контрабандные сигареты. Его находят двое в кожанках — Лукас Грейнджер, местный босс, и его правый кулак, Эдди-Клык. «Долг не прощается, ирландец. Твоя сестренка в Дублине тоже должна», — бросает Лукас, разминая костяшки. Шон, стиснув пачку «Мальборо» в кармане, ночью лезет в грузовик с деньгами из
Джек Морроу, бывший капитан пехоты, коптит сигареты на крыльце своего трейлера в Редмонде, штат Айова. Его сосед, Эллиот Грейнджер — механик с ожогами на левой руке от подрыва БТРа в 1972-м — тащит ему банку тушенки через забор из ржавой сетки. «Снова консервы?» — хрипит Джек, разминая одеревеневшую ногу. В закусочной «Мэйблс» за углом они молча режут карты: Эллиот проигрывает третью партию
