Итан Морроу вернулся в родной городок Грейпвайн после пяти лет отсутствия, застав младшего брата Джейкоба в заложниках у местного аптекаря — старик требовал расплаты за долги их покойного отца. В старом доме на окраине, где полы скрипели под ботинками, а воздух пахнет сыростью и ржавчиной, братья рылись в ящиках с бумагами. «Ты думал, я буду разгребать этот ад один?» — бросил Джейкоб, швыряя на
Дэвид в ржавых бутсах стоит под дождём на коробчатом поле в Восточном Лондоне. Рядом 15-летний капитан «Лайонз» Джейми Тернер нервно мнёт шнурки — вчера провалил пенальти. «Смотри на мяч, а не на голкипера», — Бекхэм достаёт из кармана жёлтый леденец, бросает его в лужу: «Целься сюда». Ребята смеются, когда тренер Марк Симмонс, бывший полузащитник с татуировкой орла на шее, кричит: «Эй, Дэвид, ты
Лера Ивлеева, медсестра в поликлинике под Нижним Новгородом, каждое утро заваривала чай в эмалированном чайнике с отколотой ручкой. Её мать, Галина Петровна, сидела на кухне с пачкой старых счетов: «Опять за свет три тысячи. Ты бы в Москву рванула, как твой отец...» Лера молчала, разминая пальцами резиновую грелку. После смены, пока перевязывала пенсионерку с диабетической язвой, получила СМС от
Каир, район Баб-эль-Вазір. Карим, 27 лет, разгружает ящики с финиками у лавки дяди Махмуда, пока наушники царапают трек хип-хопа с арабским битом. В кармане — смятая записка: «Ищи фреску с жуком-скарабеем у мечети Султана Хасана». На обед — фул медамес из пластикового контейнера, но прерывает звонок сестры Лейлы: «Они опять приходили. Забрали папины часы…» За кадром — гул вертолёта над Нилом,
Лука, 17 лет, перебирает пучки базилика на рынке Турина, пока его отец Антонио ругается с поставщиком сыра. «*Скажи им, чтоб к пятнице привезли пармезан, а не это мыло!*» — отец швыряет гнилой кусок в мусорный бак. Лука прячет в карман чековую книжку — уже третий месяц он подделывает подпись отца, чтобы оплачивать уроки в мореходной школе. Вечерами он тайком клеит модель парусника «Аурора»,
Ли Сяо, семнадцатилетний школьник из Чэнду, обнаруживает в рюкзаке сестры Мэйли потрёпанный блокнот с координатами заброшенной ткацкой фабрики на окраине города. Он отправляется туда после уроков, минуя ларьки с острым тофу и гудящие от мопедов переулки. Внутри фабрики, среди ржавых станков, Ли находит обрывок её голубого шарфа и слышит голос: «Не ищи меня там, где время течёт вверх». Рядом
В старом португальском городке Эшторил местный мальчишка Лука, 12 лет, находит в развалинах замка светящийся шар. Внутри — крошечное существо с растрепанными синими волосами, представившееся как Илдефонсу. «Ты трогал мою гнездовую раковину, теперь обязан вернуть в Бретань до полнолуния», — бубнит оно, разбирая в рюкзаке Луки бутерброд с треской. Вместе они крадут лодку у рыбака Жоакима, который
Элиза, 23 года, каждое утро замешивает тесто в пекарне *Pan de Sol* на окраине Барселоны. Её друг детства Хавьер, продавец специй на рынке Бокерия, забегает перед работой: «Опять забыла про *фальяс*? Улицы уже в цветах, а ты в муке». В ящике стола она находит конверт с восковым гербом — письмо от бабушки Росио из деревни Вальверде. Текст короткий: «*Дорогая, старый пресс сломался. Оливки
Моника, 25 лет, переезжает в крохотную квартиру на окраине Мумбаи после ссоры с отцом-автослесарем. Каждое утро она толкается в переполненном автобусе №47, прижимая к груди папку с эскизами — она рисует рекламу для местного агентства «Starline». На третьей неделе сталкивается лбом с Авиком, новым соседом, который таскает по лестнице коробки с книгами по квантовой физике. «Ты хоть знаешь, что
Эмир, 32 года, архитектор из Бешикташа, каждое утро покупает симит у уличного продавца возле паромной пристани. Его отец, Мурат, владелец обанкротившейся строительной фирмы, требует, чтобы сын продал дедовскую квартиру в районе Нишанташи. «Ты думаешь, эти чертежи набросков мостов тебя прокормят? — шипит Мурат, разбивая фарфоровую пепельницу о мраморный пол. — Долги не ждут». В ящике старого бюро
Лидия, 34 года, каждое утро поправляла платок на голове, прежде чем выйти на виноградники под Валенсией. В ящике старого комода она нашла письма 1947 года, адресованные некой Росауре от человека по имени Эстебан. «Если вернешься в Буэнос-Айрес, ищи дом с синими ставнями на улице Сан-Мартин», — выцвевшие чернила выводили строчки, пахнущие лавандой. Антонио, владелец погреба, ворчал, что её дед
Эбигейл Картер, детектив из захолустного Колдспринга, копошится в архивах местной библиотеки. Её руки в пыли от старых газет 1980-х — везде заметки о пропавших подростках. Внезапно звонок: на окраине, у старой мельницы, нашли тело с выжженным символом на груди. "Опять этот знак…" — бормочет она, сжимая фото с места преступления. В кармане жертвы — смятый чек из аптеки на Мейн-стрит и