Майлз и Карен, пара из Небраски, купили полуразрушенный дом на острове Кауаи, надеясь начать всё с нуля после банкротства автосервиса. Вместо серых снегов — пальмы, треснутые стены, которые Майлз сам штукатурит по вечерам, запах плесени под полом. В баре «Тики-Топлесс» местный рыбак Джек, потягивая пиво, предупреждает: «Здесь каждый второй работает на кого-то. Даже попугаи, блять, стучат». Карен
Ли Ён, бармен в кафе возле станции Хондэ, 27 декабря замечает Соён — девушку в помятом пальто, которая трижды переделывает заказ капучино. «Сахар точно не забудете? — уточняет она, перебирая прядь волос с седым корнем. — А то вчера в «Star Cup» испортили». За соседним столиком Чанмин, менеджер логистической компании, спорит по телефону с матерью: «Перееду из Пучхона, когда квартиру продадим, а не
Лена Картер, инженер с татуировкой созвездия Ориона на запястье, ковыряла отверткой в панели вентиляции отсека «Ирис-7». Воздух пах озоном и пластиком, расплавленным от перегрузок. Джейкоб Реннер, бортинженер в засаленной футболке с надписью *«Mars or Bust»*, дергал трос шлюзового механизма, ругаясь сквозь зубы: «Опять клинит. Чертова пыль забила шестерни». Лена бросила ему изоленту с
Чан Ми, 27 лет, в синем фартуке с пятном от варенья, каждое утро разливала латте в кафе «Под часами» возле станции Хондэ. На углу стола у неё лежал блокнот с набросками лиц клиентов — старик с таксой, студентка в розовых наушниках. В четверг, когда закончились бумажные стаканы, Хён У, архитектор в смятой рубашке, протянул ей салфетку с вопросом: *«Вы всегда превращаете скуку в искусство?»*. Он
Кьяра, 17 лет, живет с отцом-рыбаком Энцо и младшим братом Лукой в портовом городке Лигурии. Каждое утро она помогает разгружать сети, вонь тухлой рыбы въелась в кожу, а после школы бежит в кафе *Alba Marina*, где мать Сильвия готовит равиоли с шалфеем. В четверг на рынке Кьяра сталкивается с Лючией, подругой детства, которая хвастается билетом в Милан: «Папа нашел связи в модельном агентстве. Ты
Даниил, парень из Твери с потёртым рюкзаком и наушниками Sony, переезжает в московскую хрущёвку на Ленинском проспекте. В подъезде, где пахнет жареной рыбой и сигаретным дымом, он сталкивается с Лизой — местной девчонкой в чёрной косухе, которая рисует маркером на стене лифта: «Соседи-крысы, я знаю про ваш долг за воду». Она первая замечает его провинциальный акцент: «Чё уставился? Хочешь, чтоб и
Джейк Морган, детектив из участка на 58-й улице Бруклина, каждое утро начинал с кофе из картонного стакана и просмотра жалоб на шум из-за мусорных баков. Его напарник Томми Рейес, в потрепанной кожаной куртке, вечно ворчал: «Опять эти крысы-информаторы тянут время. Вчера Снукс с Южной просил пятьсот за фото фургона с оружием — даже номер смазал». В архиве, заваленном папками с делами 90-х, Джейк
Юн Со Ын, в красном шарфе с торчащими нитками на манжетах, нашла запертый чердак в доме на окраине Хвансо. Там, между коробками с пожелтевшими фото и сломанными часами, лежал ключ с гравировкой «Х.М.». Ли Чан Хёк, притащивший термос с имбирным чаем, усмехнулся: «Опять полезла куда не надо?» Они вдвоем спустились в подвал, где на стене висело зеркало в раме из почерневшего дерева. Со Ын провела
Амина, 22 года, таскает воду из колодца в деревне под Додомой, пока её младшие братья гоняют по пыльным улочкам самодельный мяч из тряпок. Отец, Джамал, чинит плуг возле хижины из красной глины: «В школе закончила — хватит. За Като замуж пора, у него магазинчик в городе». Амина молча разливает маисовую кашу по мискам, замечая, как мать, Фарида, прячет под платок седеющие волосы. По вечерам
Кася, 19 лет, переезжает из Лодзи в Варшаву после смерти бабушки. В общежитии на улице Тарговой она сталкивается с Мареком, соседом-студентом-архитектором, который вечно забывает выключить чайник. «Опять кипяток на полу?» — Кася тычет пальцем в лужу у своей двери. Он отмахивается: «Ладно, куплю тебе вафельницу в компенсацию». Днём она мотается между подработкой в кофейне «Pod Kogutem» и вечерними
Лиза Морган, детектив из захолустного Риверсайда, копается в исчезновении 14-летнего Иэна Брукса. В рюкзаке мальчика находят билет на ярмарку 1987 года с надписью *"7 кругов — свобода"*, хотя саму ярмарку закрыли после пожара тридцать лет назад. В кафе *"У Джерри"* бармен Том, чистя стакан тряпкой с запахом плесени, роняет: *"Мой брат тогда работал на карусели… Говорил,
Лиза Реннер, учительница английского в старшей школе Грейпвайн-Хай, каждый вечер проверяла сочинения за кухонным столом, пока её муж Джейкоб, сантехник с потрескавшимися от цемента руками, копался под раковиной. Их дочь Эмили, 16 лет, тихоня в очках с синим пластиковым оправом, в тот четверг задержалась у магазина "Марти's QuickStop" — покупала маркеры для плаката к школьной