Харуто, младший клерк в сером костюме с пятном от кофе на рукаве, случайно натыкается на папку с пометкой «Уничтожить» в архиве *Moriyama Corp*. Внутри — распечатанные письма о переводе средств на офшорные счета. «Эй, новичок, ты в курсе, что это уровень доступа семь?» — хрипит за спиной Миюки, секретарь из отдела кадров, поправляя очки с золотой оправой. Она тащит его в подсобку, где между
Акира ковыряется в проводах своей левой руки, сидя в гараже с запахом машинного масла. Экран его визора мигает: "Температура ядра — 42°C". Алма, закинув ноги на стол, щелкает жвачкой и тычет пальцем в голограмму: "Вот эти данные с сервера токийского метро — код повторяется каждые шесть минут". Акира хрипит через синтезатор голоса: "Похоже на координаты. Проверь район
Юки находит в гараже отца старый жесткий диск с зашифрованными файлами. Вместе с Такуми, который разбирает на части дроны у себя в комнате с плакатами «Akira» на стенах, они подключают диск к самодельному серверу. «Тут что-то про частоты 1200 МГц… Как в тех старых рациях», — бормочет Такуми, закусывая нижнюю губу. Аой, крася ногти черным лаком на крыше школы Сёэй, подбрасывает идею: «Проверим на
Мию, рыжеволосая первокурсница с гитарным чехлом за плечом, каждое утро протискивалась через толпу на станции Омотэсандо, чтобы успеть на уроки в школу Отонакадзима. В старом классе музыки, где кондиционер гудел как пчелиный рой, она встретила Хикари — девушку в очках, которая часами копалася в аудиоредакторе на ноутбуке с наклейкой «SOS Brigade». «Если мы споём кавер на *эту* песню, нас
Юкио, пятнадцатилетний школьник с вечно заляпанной чернилами формой, рисует в тетради иероглифы, пока учитель истории бубнит про период Мэйдзи. Сосед по парте, Такуми, тычет в него локтем: «Эй, опять твой демон?» — кивает на тушь, растекающуюся по бумаге странными узорами. Внезапно из кляксы вырывается Акумаро — рогатый дух в потрёпанном кимоно, пахнущий горелой бумагой. «Проклятый школяр! Где
Юкио, парень в засаленной куртке, каждое утро чинил сети у причала в посёлке Сираура. Его сестра Аяме, перебирая вяленую рыбу в лавке «Маруко», ворчала: «С утра уже воняешь, как тухлый краб. Вечером хоть вымойся». В пятницу, когда туман съел береговую линию, Юкио вытащил из воды медузу с фиолетовыми щупальцами. «Чё за хрень?» — прошептал он, тыкая палкой в желеобразную массу. К вечеру медуза
В Новосибирске, среди серых панелек и обледенелых трамвайных путей, японский физик-ядерщик Такуя Иноуэ (43 года, очки в черепаховой оправе, привычка теребить цепочку от часов) пытается восстановить украденные чертежи реактора. Его связная — Елена Соколова (29 лет, рыжие волосы собраны в небрежный пучок, след от ожога на левой ладони), дочь расстрелянного диссидента, работает лаборанткой в
Нао и Синго, подростки из разрушенного Токио, ютились в полуразрушенном отеле *Харумирайон* на окраине леса. Каждое утро Синго чинил старый радиоприемник, вытащенный из-под обломков аптеки, а Нао в рваных кроссовках обходила ловушки вокруг здания, проверяя, не сработала ли нить с консервными банками. «Опять только сигналы бедствия, — бормотал Синго, стуча отверткой по корпусу, — может, попробуем
Мицуми Сато, шестнадцатилетняя школьница в поношенных кроссовках, разбила экран ноутбука Такаси Хироши, ударив сумкой по столу в кафе на переполненной станции Сибуя. «Либо работаешь у меня служанкой, либо платишь триста тысяч иен», — бросил он, закуривая, пока она рылась в карманах, вытряхивая мелочь из кошелька с потрёпанным ремешком. Теперь она каждый день после уроков протирает пыль на
Сохей Курасака копался в коробках с полицейскими отчётами 2003 года, когда нашёл потёртую фотографию: Миюки в школьной форме держит плюшевого кота с оторванным ухом. На обратной стороне — синими чернилами *"Папа, посмотри на моё выступление!"*. Он смял пустую банку Black Boss Coffee, услышав скрип за дверью. В подвале разрушенной клиники Аракава, между ржавыми аппаратами ИВЛ, Генго Оба
Ёсихару Цуцуми, худощавый юноша с потёртым шёлковым платком на шее, тайком уходит из лагеря клана Уэсуги. Заметив крестьянскую девушку, ворующую рис у солдат, он прикрывает её бегство, споткнувшись о глиняный кувшин с сакэ. «Ты всё ещё путаешь доброту и глупость», — хрипит Мунесигэ Наосигэ, старый командир со шрамом через левый глаз, вытирая клинок после стычки с разбойниками у переправы через
В токийском районе Синдзюку, 1960-е. Трое — бывший солдат Кэндзи с шрамом над бровью, циничный картёжник Рюта, работающий в подпольном казино за китайским рестораном «Золотой дракон», и Мари, дочь расстрелянного якудзы, торгующая поддельными духами с лотка у станции Сибуя. Их пути пересекаются в дождливый вечер, когда Рюта, проиграв деньги боссу мафии Огава, крадёт у него кошелек с долговыми