В смокинге с пятном от виски на лацкане Тедди Блэйкер шатается по перрону вокзала, роняя монеты из кармана. Его жена Маргарет, в шляпке с фатой, хлопает дверью купе: *"Хватит валяться в курилке с этим бродягой!"* Тедди теряет штаны, зацепившись за гвоздь в скамье, пока полицейский в начищенных сапогах гонится за уличным музыкантом. Бродяга Чарли, в заплатанном пиджаке, подбирает брюки,
Эмили, 28 лет, каждое утро покупает латте с овсяным молоком в кофейне «Двойное эспрессо» на углу 5-й авеню в Бруклине. Её сосед Джейкоб, бывший музыкант, в это время разбирает коробки с виниловыми пластинками в съёмной квартире с обоями в цветочек. «Ты уверена, что хочешь это выбросить?» — Эмили держит потёртую гитарную педаль, которую он оставил у мусорного бака. Она подрабатывает официанткой,
В маленьком парижском салоне мадам Тальен, заставленном хрустальными бокалами и подсвечниками, Жозефина де Богарне поправляет кружевной шарф на плечах. Запах жасмина от её духов смешивается с дымом сигар. "Вы читали Руссо?" — спрашивает она, протягивая Наполеону Бонапарту, щелкающему пальцами по карте Италии. "Там, где я сейчас, важнее координаты, чем философия", — отвечает
В старом особняке на Статен-Айленде поселились четыре вампира: педантичный Виаго в бархатном камзоле, вечно ноющий Властислав с приставкой Xbox, угрюмый Декон в кожаной куртке и древний Петр, спящий в каменном саркофаге. Их будни — это споры о том, кто последний мыл чашу с кровью в раковине, попытки заманить курьеров из «Домино» под предлогом «вечеринки», а также провальные тренировки по
Нора и Дин Бэннон переезжают с детьми, Эллой и Джейкобом, в двухэтажный дом на Пресвик-роуд — кирпичный, с облупленными ставнями. На третий день в гостиную падает конверт с восковым штампом: *«Вы разрушили мои стены. Я наблюдаю, как вы спите»*. Дин смеётся, пряча дрожь в пальцах: «Клоуны из комитета соседей. Помнишь, как в Огайо те подкинули мёртвого енота?» Нора молча разбивает вазу, собирая
Джейк Морриси, бывший сапер с шрамом над бровью, ковырялся в проводке под капотом старого «Шевроле», когда получил смс: *«Склад №4, 23:00. Привези паяльник»*. В гараже пахло бензином и жженым кофе из треснувшей кружки. Лиза Варгас, рыжая девушка в растянутом свитере, взламывала сервер мэрии через ноутбук с наклейкой «Я ❤ NY». «Ты уверен, что это не петля?» — спросил Джейк, дергая синий провод.
Лия, рыжая девочка в потёртой кожаном жилетке, копается в сундуке с инструментами отца-плотника. Между молотком и свёртками верёвки она находит потёртый свиток с отметкой лавки красильщиков в Иерусалиме. «Тут про вход в катакомбы под храмом, — шепчет она брату Маркусу, вытирая сажей нос, — папа говорил, там спрятаны записи о детстве учителя». Маркус, щурясь от солнца, сквозь щель в ставне
В Бруклине, на углу 7-й авеню, Винсент Марино ворочает котлами с томатным соусом в подвале *La Rosa Nera*. Его сестра София, в разодранных джинсах и фартуке с пятнами базилика, тычет пальцем в меню: «Ты хочешь кормить туристов равиоли с трюфелями, пока счет за аренду висит?» Наверху, за стойкой, их младший брат Лука ковыряет струны гитары, подбирая мелодию для выступления в баре *Il Pozzo*. Между
В портовом городе Сан-Исидро, Филиппины, Лена Кортез, бывшая медсестра с татуировкой дракона на запястье, прячет контрабандные лекарства в ящики с рыбой. Ее брат, Рауль, в рваной кепке и с сигаретой в зубах, спорит с матросом из Манилы: «Ты думаешь, полиция не проверит третий склад? Там крысы даже дохлые валяются». На складе №7, где пахнет гнилыми водорослями, Лена находит в одном из ящиков
Эмили Росс, бывшая журналистка из Сиднея, спрятала потрепанный рюкзак с документами под столиком в кафе *The Rusty Spoon*, пока бармен Джек Тернер нарочито громко рассказывал клиенту о шторме над Брисбеном. На улице дождь смешивался с пеплом от лесных пожаров — запах гари въелся в кожаную куртку Эмили. «Три дня, и они всё найдут», — прошипела она, разминая онемевшие пальцы. В рюкзаке лежали
Кайл, худощавый парень в рваной кожаной куртке, находит ржавый медальон на свалке возле старого завода в Чикаго. В тот же вечер он начинает видеть тени: девушку в платье 40-х годов у остановки на 5-й авеню, мальчика с обожжённой рукой, роняющего мяч в парке «Грант». Мира, его соседка-бариста из кафе «Лунный свет», замечает, как он разговаривает с пустым стулом. *«Ты либо гений, либо шизофреник, —
Пол Кёрси, седой ветеран в помятой рабочей куртке, возвращается в Нью-Йорк после гибели дочери. Его дочь Кейлин, медсестра с татуировкой колибри на запястье, погибла при ограблении аптеки — бандиты искали морфин. Пол селится в полуразрушенной квартире над авторемонтной мастерской в Бронксе, где пахнет сваркой и старыми покрышками. Внучка Эди, 12 лет, в рваных кроссовках, приносит ему бутерброды с