В Братиславе мясник Йозеф Крайчович каждое утро рубит свиные окорока в своей лавке на улице Вентурска. Запах крови смешивается с ароматом свежего кофе из соседнего кафе, где его дочь Марушка, студентка-медик, краем глаза следит за отцом через запотевшее окно. Однажды утром Йозеф находит в тушке барашка свёрток с польскими паспортами и обрывком записки: *"Клаус ждёт ответа до четверга"*.
Янка, в потёртой куртке с капюшоном, каждое утро пробиралась через заброшенный двор фабрики «Электроникс» в пригороде Братиславы. Там, среди ржавых станков, она собирала списанные трансформаторы, пряча их в рюкзак с оторванной молнией. «Опять на свалку полезла?» — хрипел сторож Игорь, разливая самогон в жестяную кружку. Она молча протягивала ему пачку сигарет «Пеликан» — бартер за молчание. По
Принцесса Лидия, дочь короля Вратислава III, каждое утро пробиралась через виноградники к кузнице за стенами замка. Слепой кузнец Мартин, бывший солдат, потерявший зрение от удара мечом в битве при Трнаве, ковал подковы для королевских конюшен. «Ты опять здесь? — ворчал он, услышав шорох ее платья по гравию. — Скажи отцу, пусть пришлет нового молотобойца». Лидия, пряча за спиной кувшин с вишнёвым
Антон, 27 лет, переехал в Прагу после разрыва с девушкой. Снимал комнату в старом доме на Виноградах, где соседка Лика, студентка-историк, нашла под люком в подвале коробку с письмами 1943 года. На конвертах — пятна воска, пахло плесенью и табачным дымом. «Смотри, тут фамилия владельца дома — Бартош. В архивах не значится», — Лика провела пальцем по выцветшим чернилам. Антон нашел в углу подвала
Марек, тридцатилетний механик из Братиславы, коптил сигарету у ангара, разглядывая ржавый каркас советского Ан-2. Его сестра Елена, пилот-инструктор, бросила ему ключи от грузовика: «Завтра везем детали в Любляну. Если сломаешь коробку — закопаю в том лесу». В гараже Любош, их друг-радист, чинил рацию 80-х, ругаясь на словацком. Под сиденьем «Татры» они нашли потрепанный дневник с координатами —
Лиза из Берлина притащила чемодан с наклейками хостелов в крохватную словацкую деревушку под Братиславой. Ее брат Марк исчез после письма с упоминанием «старых друзей отца» — она нашла конверт в ящике комода, заваленном квитанциями за свет. В местном баре «У Елены» Томаш, парень в потертой косухе, перебирал гитарные струны. «Ищешь кого? — спросил он, отодвигая стакан с тминовой водкой. — Здесь
Камил, бывший инженер из промзоны Праги, подрабатывает ремонтом старых радиоприёмников. В подвале своего панельного дома он находит письма покойного отца, адресованные женщине в Катовице — Ольге. Вместе с соседкой-студенткой Мартой, которая торгует контрабандными духами на рынке, они едут в Польшу. Ольга, седая женщина в растянутом свитере, признаётся: «Ваш отец обещал вывезти меня через границу,
Якуб выходит из ржавого автобуса на окраине деревни Подгай, грязный рюкзак задевает за поручень. Сестра Эмилия ждет у остановки в выцветшем фартуке, пахнет дымом от соседского костра. "Отец умер три дня назад. Не стал звонить — знала, что вернешься сам", — бросает она, разворачиваясь к дому. В гостиной, где пахнет плесенью и лекарствами, Якуб наступает на высохшее пятно возле дивана.
В Праге 17-летний Ян Свобода таскает кирпичи на стройке днем, а ночью чинит коньки в подвале старой арены «Спарта». Его отец, Петр, глуховатый сантехник, бросает в стену пачку сигарет «Петра»: «Хоккей? У тебя мозги замерзли. Мать на двух работах горит, а ты…» Ян молча клеит изолентой дыру на щитке. В Братиславе Мартин Глинка, сын фермера из деревни под Тренчином, прячет клюшку в стоге сена — отец
Йозеф, парень с длинными волосами, прикрывавшими заячьи уши, жил в съёмной квартире над пражской антикваркой на улице Лилиовой. Каждое утро он протирал пыль с богемского хрусталя, пока хозяйка лавки, Марта, ворчала: "Не разбей вазу 1923 года — она дороже твоей зарплаты". Вечерами он заходил в пивную "У Золотого гуся", заказывал кнедлики и тёмное пиво, но прятался в углу —
В рыбацкой деревне у озера Плаштеница 12-летняя Эмилия и её младший брат Лукас чинят старую лодку "Блестящая чешуя". Отец уехал на заработки в Братиславу, оставив им ключ от заброшенного маяка. «Смотри, тут царапина в форме трезубца», — Лукас ковыряет гвоздём ржавчину на борту. Эмилия находит в трюме завёрнутый в тину стеклянный шар — внутри плавает миниатюрный коралловый замок. Вечером
В маленькой деревне затерянной между горами, девочка Элишка, 10 лет, и её младший брат Якуб, 7, копались в старом сарае, разыскивая ёлочные игрушки. Отец, стеклодув Марек, неделями не разговаривал с ними после смерти матери — только стучал молотком по раскалённому стеклу, создавая фигурки ангелов. «Он совсем забыл про Сочельник», — прошептала Элишка, натыкаясь на потёртый дневник с чертежами