Логан, бывший коп с подсохшей татуировкой на запястье, и Уилл, гитарист, пропивший половину оборудования для концертов, приезжают в Харперс-Глен разобрать дом после смерти отца. В сарае, пахнущем ржавыми гвоздями и сосновой смолой, Уилл натыкается на коробку с дневниками, перевязанными бечёвкой. «Послушай, тут про какую-то «плату за 87-й год»…» — бормочет он, листая страницы с водяными пятнами.
Дэриус, парень в потёртой кепке, копается в старых записях отца — разлинованные схемы вокзалов соседствуют с зарисовками аллозавров. «Опять эти кости?» — Кеньятт, его сводный брат, щёлкает семечки, глядя, как Бруклин чинит дрон на коряге. Внезапный рёв заставляет всех броситься в ржавый грузовик: Исла-Нублар, казалось бы, заброшенный остров, теперь кишит цератозаврами. Сэмми, вечно с гитарой за
Алиша, девушка из узкой квартиры в районе Мангагаранг, моет чашки в кафе «Санур» после ночной смены. Соседка Марта, продавшая ей подержанный холодильник, суёт в руки амулет с треснувшим стеклом: «Твоя мать задыхалась не просто так — она видела _их_ до последнего». По ночам Алиша слышит скрип половиц, хотя живет одна, а в углу ванной замечает мокрые следы, пахнущие речной тиной. После третьего
Джо Райзер, сорокалетний монтажёр с хронической бессонницей, копается в коробках с архивными плёнками в подвале студии *Silver Frame*. Он натыкается на кассету 1987 года с пометкой *Проект «Лабиринт»*, где среди интервью с фермером из Небраски замечает статичную фигуру в чёрном пальто — она появляется в каждом кадре, но никто, кроме него, этого не видит. Лена, ассистентка с фиолетовым ирокезом,
Лиза Морган смахивает крошки со стойки в закусочной "Грейхаунд", тряпка пахнет хлоркой. Джейк, её брат, в наушниках за углом школы повторяет трек, который играл в ту ночь на вечеринке у озера. Эдди Гарза, бывший парень их матери, приезжает на ржавом пикапе, показывает газету: два трупа за неделю — лесник и медсестра. "Похожий почерк, — бормочет он, — разрезали от ключицы до
Кэтрин, адвокат по уголовным делам, живет в кирпичном доме в Хэмпстеде с мужем Марком и сыном-подростком Оливером. Однажды утром, разбирая грязное белье в корзине, она находит окровавленную рубашку Марка, исчезнувшего накануне. «Это не моя кровь», — бросает он позже, отводя взгляд, пока Оливер щелкает ложкой по краю хлопьев. Кэтрин звонит Дэну, другу детства, теперь детективу из участка на
Ли Вэй, 23 года, каждое утро открывала крошечное кафе возле рынка в Цзюлуне. В дождь к ней зашел Чжэн Хао, 25 лет, студент из Тайбэя — заказал эспрессо с двойной порцией сиропа, оставил на столе мокрую куртку с нашивкой университета Тамкан. «Вы всегда так много сахара кладете?» — спросила она, протирая бокал с разводами. Он рассмеялся, достал из рюкзака потрепанный блокнот с записями на
Сара Митчелл, репортер из *Capital Daily*, копается в архивах городской мэрии Вашингтона, случайно натыкается на платежки с пометкой "Проект «Щит»". Ее напарник, ветеран-журналист Дэн Эверетт, ворчит, разливая кофе из термоса: "Ты опять лезешь в чужой огород. Видел, что с Картером из *Gazette* случилось?" В документах мелькают фамилии лоббиста Роберта Грейна и конгрессвумен
София, медсестра с темными кругами под глазами, заметила первого мертвого кота у мусорных баков во дворе дома на Шпитальгассе. Она только вернулась с ночной смены, в руках — пакет с полупустым контейнером холодного супа. Тобиас, сосед-художник, закутанный в запачканную краской куртку, показал ей трещину в стене подвала: «Видишь эти линии? Это не случайно. Под штукатуркой — стекло, как витраж, но
Деметрий Грэйвс, механик из захолустного городка Редмонд, штат Орегон, чинит старый пикап в гараже «Грейсленд-Авто», когда к нему врывается Лия, его пятнадцатилетняя дочь. «Опять пропал Джереми Стоун, — задыхается она, — его мать звонила. Говорит, он вчера ушел в лес за грибами и не вернулся». Деметрий вытирает руки промасленной тряпкой, вспоминая, как два года назад исчезла его жена. В ящике
В маленькой деревне под Инсбруком Гвен, 14 лет, натыкается в лесу на оленя с вывернутыми суставами. Она зовёт Лукаса, соседа по парте в школе: "Смотри, у него глаза как мокрое стекло". Вместо рюкзака с учебниками по биологии таскает нож для разделки рыбы — с прошлой недели, когда её пёс Шульц загрыз воробья с голой кожей вместо перьев. На фабрике удобрений, где работает её отец, пахло
Сара, ветеран-медсестра с подрагивающими от усталости руками, и её пятнадцатилетняя дочь Шарлотта перетаскивают коробки с книгами и старыми фотоальбомами в двухэтажный дом на окраине Лавлока. Пол на кухне скрипит под ногами, а в гостиной пахнет бальзамом и пылью — окно над диваном треснуло, заклеено скотчем. Шарлотта на чердаке находит потёртый дневник Мэриэнн Брайт, умершей в 1962: *«Сегодня
