В пригороде Мидвича семеро подростков — рыжая Лиз с шершавым голосом, Джейк в потертой косухе, тихоня Эмили, болтун Карлос, братья-близнецы Том и Сэм, вечно спорящие о бейсболе, и новенькая Айша — натыкаются на заброшенный бункер за авторемонтом "Гарри". Внутри — карта с метками, напоминающая детские рисунки Эмили, и ящик с разряженными рациями. "Тут даже пыль старый, как моя
Морин Дженнингс, детектив из Торонто в кожаной куртке и с вечным смоленском в углу рта, роется в бумагах на столе, заваленном пустыми стаканами от кофе. 1976 год. Первый труп — девочка-подросток в розовом пуховике — найден возле заброшенного завода на окраине. Джек, её напарник с щетиной и привычкой жевать мятные леденцы, тычет в фото: «Смотри, следы на запястьях. Её держали, перед тем как…»
Изабель Макнил, медсестра в больнице Святого Михаила в Торонто, каждое утро берет кофе из автомата с надписью «Ремонт» на третьем этаже. Её смены начинаются в 6:30, синие халаты пахнут хлоркой, а в кармане всегда лежит смятая записка от пациентки Лены Картер: «Не давай им меня усыпить». Лена, 58 лет, рак поджелудочной, спорит с Изабель о дозе морфина. «Вы же не хотите, чтоб я орала тут, как
Вероника, 17 лет, копается в хламе на чердаке своего дома в Мидмарше — дырявый картон, пахнет плесенью. Зацепляется за железную застежку старинной книги с выцветшим тиснением. "Эй, Эван, глянь-ка!" — кричит парню в замасленной куртке, который внизу чинит велосипед. Когда она читает вслух строчку про "кровь на луне", из щели в полу выползает Гримвольд — существо с кожей как
Ливия, инженер-эколог из Стокгольма, переезжает с мужем Янне, архитектором, и детьми Майей и Нильсом в новый дом в пригороде. Через неделю она находит в подвале старые документы застройщика — отчеты о химических отходах под фундаментом. «Тут ртуть, свинец… мы живем на свалке», — говорит она Янне, разложив бумаги на кухонном столе. Он отмахивается: «Может, это ошибка?» Майя тем временем кашляет, а
Элис, дочь портового кузнеца, каждое утро пробиралась через переулки Саутворка, обходя лужи с рыбьей чешуей. В кармане её поношенного фартука лежала записка от Томаса, ученика аптекаря: *«Встреча у старого маяка. Нашли следы груза с «Мэриэн»»*. На причале лорд Хартфорд в замшевых перчатках сжимал трость с серебряным набалдашником, пока капитан в грязном камзоле докладывал о пропаже ящиков опиума.
В Йоркшире, под слоем глины в заброшенной каменоломне, археолог Элис Грин находит костяной амулет с рунами. Ее ассистент, студент Том, снимает находку на телефон — камера выключается сама. «Опять сел аккум?» — бормочет Элис, протирая артефакт платком. Вечером в пабе «Красный Лев» местный фермер Джек Харгривс, узнав о раскопках, стучит кружкой по стойке: «Там не копай, Грин. Старый Финчли из
Кейт, бывшая учительница из Чикаго, переезжает в полуразрушенный особняк на окраине Нью-Олбани после неожиданного наследства от тети Мардж. В первой же неделе она находит за плинтусом в гостиной потрёпанный дневник 1923 года, подписанный «Элиза Бентли». Страницы пахнут плесенью и лавандовым маслом. Ночью Кейт слышит, как в детской на втором этаже скрипит качалка. «Ты точно не оставил там
В старом районе Алматы, где арыки обрываются у подножья хрущёвок, Санжар, бывший следователь с перегаром и потёртым кейсом, ищет пропавшую дочь соседа. Он роется в записях комиссионки «Зеленстрой», где работала девушка, натыкается на чек за три пачки *«Парламента»* и квитанцию из ломбарда. «Кому в сорок лет водку в кредит берут?» — бормочет он, разглядывая подпись: *«А. Токтасынов»*. В гараже за
Карлос Мендоса, детектив из захолустного городка Санта-Роса, копался в ржавом ящике с инструментами в заброшенном сарае за домом пропавшей Марибель Ортис. В углу валялся её рваный рюкзак с тетрадью, где на последней странице кривыми буквами было выведено: *«Они следят через окна»*. Рядом с рисунком чёрной птицы с человеческими глазами. «Ты видел это? — Карлос ткнул пальцем в строку, где Марибель
Клэр, детектив из Бруклина, прилетает в Новый Орлеан после известия о смерти отца — Джерард Броуард, бывший журналист, найден с пулей в груди в переулке за баром *La Sirène*. В его развалившейся квартире на Бурбон-стрит она обнаруживает дневник, исписанный псевдонимами: мэр Латур, судья Менвилл, адвокатша Делани. Между страниц — засушенный цветок жасмина. "Он спрашивал про старые парады
Серена подрабатывает в закусочной «У Джейка», чистит картошку и разливает кофе по утрам. Её подруга Лиза, которая красит ногти за стойкой, постоянно твердит: «Съездишь в Нью-Йорк — назад не захочешь». Серена молчит, ковыряет лопнувшую резинку на кроссовке, вспоминая, как отец перед смертью оставил конверт с билетами на поезд. По вечерам она забирает младшего брата Эйба из школы, пока их мать
