В захолустном городке Брекенвилле библиотекарь Лиза Морроу роется в подвале среди коробок с пожертвованными книгами. Ее пальцы натыкаются на потрепанный фолиант с металлической застежкой — внутри вместо текста сплошные кляксы и рисунки крылатых существ. "Черт, опять макулатура", — бормочет она, но замечает на полях карандашные пометки: *"Они проснутся, когда треснет колокол"*.
В пригороде Ванкувера семья Харпер переезжает в дом с подвалом, заваленным журналами наблюдений за беременностью. Близнецы Лекс и Майлз, 16 лет, находят в старом чемодане письма от женщины, подписанные инициалами «Л.Х.», с упоминанием «проекта 23». Лекс замечает, что родинки у них с братом расположены зеркально, а в школьном спортзале учитель физкультуры слишком внимательно фиксирует их пульс
Лиза Морроу, детектив из захолустного городка Брекенвилл, каждое утро заваривает кофе в треснувшей кружке с надписью *"Лучшей сестре"* — подарке пропавшей 12 лет назад младшей сестры Кейт. В старом архиве участка она натыкается на дело 1987 года: тело неизвестного мужчины с обгоревшим жетоном, на котором еле читается слово *"Феникс"*. Начальник, шериф Дуглас, хрипло смеётся:
Джейк чинит «Шевроле» 78-го в гараже отца, когда Клео заходит спросить про пропавшую кошку. Её кроссовки в грязи, волосы пахнут дешёвым шампунем из мотеля. «Ты новенькая? — бросает он, вытирая руки об тряпку. — Не носи красное в лесу. Местные болтают, что там рыщет что-то… не собаки». Позже Логан, сын бывшего охранника химзавода, находит в овраге рваный рюкзак с аудиокассетами. На плёнке — голос,
Джейкоб, инженер с пятном машинного масла на рукаве, дежурит на электростанции в пригороде Торонто. В 3:14 ночи датчики в секторе B начинают пищать: перегрев реактора. Он звонит Мире, своей напарнице, которая в это время копается в проводах домашнего сервера, попивая газировку с вишнёвым сиропом. «Там трещина в корпусе?» — переспрашивает она, слыша сквозь помехи слова «утечка» и «автономный
Линдси, детектив с привычкой теребить треснувшую краску на своей кофейной кружке «World’s Best Dad», находит в кармане жертвы — мужчины в мятом пиджаке от Costco — ключ от камеры хранения на вокзале Портленда. Внутри: пачка писем с повторяющейся фразой «они не дают мне уснуть» и фото лаборатории с выцветшей вывеской «Северо-Западный Исследовательский Центр». Её напарник Дин, постоянно
Всё началось с тела в реке. Шериф Джейк Бакстер сначала списал на несчастный случай, пока местный патологоанатом Мэтт не ткнул пальцем в синяки на шее жертвы. «Кто-то держал её под водой, пока она не перестала дышать», — бросил он, закуривая у морга. Эмили, дочь шерифа, нашла в рюкзаке погибшей, Лизы Ковальски, ключ от старой лесопилки. «Брось это, — прошипел Джейк, когда она показала находку за
Мэй Джемисон, саксофонистка из Чикаго, переезжает в полуразрушенный дом на окраине Нью-Орлеана, доставшийся ей от тёти-затворницы. Пока разбирает коробки в гостиной, натыкается на проржавевший ключ под отслоившимся плинтусом. Он открывает сундук на чердаке, где среди пожелтевших нот лежит фотография: джазовая певица Эвелен Клэр в платье с пайетками стоит у микрофона, подпись чернилами —
Пран, парень с шрамом на левой руке от мотоаварии, подрабатывал на рынке Чатучак, разгружая ящики с дурианами. Мира, дочь владельца кафе "Синий лотос", ворчала на него за опоздание: «Опять проспал? У нас клиенты сбегут, пока ты ковыряешься!» По вечерам он тайком чинил её сломанный велосипед возле обшарпанного общежития, где пахло жареной рыбой и ладаном. Однажды она застала его за этим,
В прибрежном городке Порт-Хейвен Элла, 17 лет, работает в кафе *Driftwood* после уроков, разливая латте с пенкой местным рыбакам. Ее младший брат Джейкоб, 12, целыми днями копается в старом сарае за домом, пытаясь починить дедову лодку — "Сирена уплывет, если мы не успеем до шторма", — бурчит он, вытирая масло с рук об рваные джинсы. По соседству, в полуразрушенном особняке на холме,
Лу Энн, владелица закусочной *Dixie Fry*, заметила, что фермер Бобби Рэй не забрал ежедневный заказ на два ведра куриных крылышек. Её брат Койот, ковыряясь в двигателе старого пикапа, усмехнулся: «Может, он наконец сел на диету?». Позже они нашли Бобби Рэя за амбаром — кожа обуглена, глаза мутные, от него пахло пережаренным маслом. Шериф Хэнк, жуя табак, бросил: «Эй, это ж не повод паниковать —
Мэттью Фишер, старший сын, целыми днями возится с бальзамирующими растворами в подвале семейного похоронного дома на окраине Питтсбурга. Его мать Люсиль, в чёрных перчатках до локтей, поправляет венок у гроба миссис Карлайл, шепча: «Дональд, убери эти гвоздики — она их ненавидела». Брат Нейт, вернувшийся из Сиэтла после смерти отца, спорит с Мэттью у регистрационной книги: «Ты хочешь продолжать
