Сана Бергман, адвокат из Стокгольма, приезжает в родной приморский городок Варберг после смерти матери. В доме с облупившимися синими ставнями она находит дневник матери, где та записывала сплетни о соседях: *"Лена Ларссон платит сыну за молчание… Юнас из аптеки украл лекарства в октябре"*. На похоронах Сана сталкивается с Эриком, своим бывшим одноклассником, который шипит ей в ухо:
В пригороде Атланты, округ Кинг, Рик Граймс, шериф с перебинтованной рукой, ищет жену Лори и сына Карла. В старом торговом центре он натыкается на группу выживших: Шейн, его бывший напарник, теперь спит с Лори, Дэрил Диксон с арбалетом за спиной чистит кролика у костра. "Тут чище, чем в моём трейлере до всего этого", — бросает он, кидая кости в огонь. Карл, в кепке с выцветшим логотиром
Лиам, в потрепанной кожаной куртке, тычет пальцем в пожелтевшую вырезку из газеты 1984 года: *"Смотри, Дэв — тут про папину забастовку. Копы тогда чуть ли не полцеха переломали".* Они сидят на полу гостиной, обложенные коробками с отцовским хламом — старыми кассетами, профсоюзными значками, фото с подписями вроде *"Солидарность, Джек!"*. За окном дождь стучит по ржавому
Лина, 17 лет, моет посуду в кафе «Эдельвейс» на окраине Интерлакена. Каждое утро перед сменой она рисует в блокноте зубчатые пики Юнгфрау, пока отец чинит лыжи туристов в гараже. Однажды за столиком у окна мужчина в мокром от дождя плаще оставляет конверт с фотографией ледника Алеч и запиской: «Твоя бабушка знала, почему синева движется». Лина разворачивает смятый чек — на обороте детская рука
Кейтлин Томас, экс-юрист в строгих серых костюмах, каждое утро протирает очки салфеткой, прежде чем войти в участок на окраине Лос-Анджелеса. Её стол завален папками с делами, где красные пометки «нарушение протокола» пересекаются с фотографиями задержанных. Рэй Карвер, детектив с щетиной и привычкой жевать мятные леденцы, бросает ей через комнату: «Опять учить нас, как чайники ставить?». Она
В старом трейлере за заправкой «QuickStop» Лиам нашел закопанный стеклянный бонг с гравировкой *Азазель*. Его сестра Дарла, разбирая находку в гараже, уронила устройство на бетонный пол — из трещины вытек черный дым. «Чё за хрень?» — пробормотал Лиам, пока Дарла кашляла, втирая пятно салфеткой. На следующее утро у нее на шее проступили синие прожилки, как чернильные трещины. Мелвин, владелец
Лиам копался в ящике с инструментами в гараже, когда Эмили ворвалась с потёртым блокнотом в руках. «Смотри, что нашла на чердаке — папины заметки про какие-то тесты 2003 года. Тут упоминается «Сектор-12», — выпалила она, перебивая звук дождя за окном. Братья жили в захолустном Бэйсайде, где даже автобус ходил раз в три часа. Лиам чинил старые «хонды», чтобы оплачивать счета, а Эмили снимала
Говард Силк, клерк из отдела архивов агентства OI в Берлине, каждое утро брал кофе из автомата с надписью «Замените бобы!» на корпусе. Его жизнь — это кипы бумаг, сэндвичи с индейкой из ларька через дорогу и молчаливые звонки жене Эмили, лежащей в коме после аварии. Всё рухнуло, когда в лифте он столкнулся с мужчиной, точь-в-точь похожим на него. «Ты не должен был меня видеть», — бросил двойник,
Диана Ковальски, 17 лет, работает в закусочной *Red Lantern* на окраине Питтсбурга. После смены, пока чистит гриль от пригоревшего сыра, находит в раздевалке конверт с ключом и фото разрушенного театра *Арго* 1930-х. Её младший брат Лукас, фанатеющий от урбан-эксплоринга, уговаривает проверить здание: «Там же подвал был — помнишь, в газете писали про пропавших актеров?» В театре, среди битых
Видар, худощавый подросток с постоянно потрескавшимися губами, каждое утро натирает лицо густым слоем солнцезащитного крема, прежде чем сесть за завтрак с семьей. Его отец, Густав, ворчит, разливая кровь из пакета в кофе: *«Не задерживайся после уроков. В лесу рыщет бригада лесорубов — заметят, что твои следы на снегу слишком легкие, начнут вопросы задавать»*. Мать, Элина, вяжет у окна шерстяной
Детектив Карла Мендес находит тело Ренаты Варгас в бассейне заброшенного отеля *Карибе* – ногти жертвы обломаны, в руке зажат кулон с гравировкой *"DSP"*. Ее напарник Том Харпер, разговаривая с барменом из *Электры*, узнает: Рената в ночь убийства спорила с кем-то по-испански у пристани. *"Она кричала *'te voy a destruir'*, потом ушла с мужчиной в белом пиджаке",* –
Лайт, старшеклассник из промзоны Детройта, находит в груде хлама на блошином рынке потрёпанную тетрадь с надписью «Black Note». Проверяя её на местном гангстере Рико, он пишет: *«Рико Мендоза – сердечный приступ в 15:23»*. Часы на микроволновке соседской закусочной показывают 15:22. Через минуту из динамика полицейской рации слышит: «Труп на углу 7-й и Грант – похоже на естественную». Руки Лайта
