В Вудс-Крик, захолустном городке с одной заправкой и заброшенной школой, семья Харперов — Дерек, Лиза, подросток Зои и младший Нейт — переезжают в двухэтажный дом с облупившейся краской. Первый вечер: Дерек ковыряется в печке, которая дымит, а Лиза разбирает коробки с посудой. "Тут даже розетки кривые", — бормочет Зои, тыкая пальцем в стену. Нейт на чердаке находит ржавую коробку из-под
В старом пятиэтажном доме на окраине Сан-Паулу 16-летний Лукас переезжает с матерью Ритой и младшей сестрой Жулией в квартиру с облупившейся краской на дверях. На второй день Жулия находит за шкафом в коридоре коробку с потрепанным мишкой и тетрадью, где детским почерком написано: *«Энрике, 1998. Они не ушли, просто спят под полом»*. Ночью Лукас просыпается от звука царапанья по трубам — в полу
Лора Митчелл, медсестра в окружной больнице Спрингвейла, замечает странные приступы у сына-подростка Джейкоба — он рисует на стенах спальни искаженные лица и бормочет про «синие огни». Во время ночной смены она натыкается на пустую палату с разбитым окном, а в картотеке находит историю пациента Эдрю Карвера, психолога, пропавшего после спора о каких-то «полевых испытаниях». Дома Джейкоб внезапно
Марк, парень в потёртой кожаной куртке, и его подруга Эмили с татуировкой совы на запястье, врываются в банк в Харперсвилле, Техас. Вместо оружия — отвёртки и взломщик банкоматов, который Джейсон, их третий сообщник, собрал из деталей с блошиного рынка. "Тут что-то не так", — бормочет Марк, пока Эмили ковыряется в проводах. Сирена срабатывает раньше: Джейсон забыл отключить старую
Эстебан, парень из Саламанки в дорогих кедах и рубашке с инициалами, толкает Бибиану в узкий проход между мусорными баками за баром *La Esquina*. Она в запачканном фартуке из химчистки на улице Аточа — через час ей надо забирать мать с ночной смены, у той опять началась одышка. «Ты вообще слышишь, что я говорю?» — Бибиана держит распечатку ДНК-теста, смятую в его кармане. Эстебан щелкает
Лайла Моррис, 17 лет, живет с младшим братом Илаем в домике на окраине Бейкерсвилля, штат Орегон. После того, как Илай начинает просыпаться по ночам с кровоточащими царапинами на спине, Лайла находит в гараже старый диктофон отца-алкоголика. На пленке — его голос, прерываемый шипением: *«Они не ушли… под кроватью…»*. В школе одноклассник Тревор показывает Лайле фотографию заброшенной угольной
Лео, пятнадцатилетний парень в потрёпанных кедах, каждое утро звонил матери с таксофона у булочной на улице Риволи. Автомат глотал монеты, но отвечали только гудки. Рядом валялся рюкзак с консервами, которые он стащил из «Моноприкса» — супермаркет уже месяц стоял с разбитыми витринами. «Опять тухлятина?» — Додо, его младший брат, ковырял вилкой в банке тушёнки, сидя на крыше разграбленного
Арнар, младший патологоанатом из Рейкьявика, каждое утро начинал с проверки холодильника в морге — вчера привезли тело рыбака с запахом йода и водорослей под ногтями. В кармане куртки нашли записку: *"Скажи Элин, что я не забыл про 17-е"*. Элин, его сестра-близнец, работала на метеостанции в Хёбне. Когда Арнар позвонил, она молчала пять секунд, потом пробормотала: «Он умер в тот же
Лорна, с потрескавшимся лаком на ногтях, вернулась в Сан-Хуан после десяти лет работы в Маниле. Ее дочь Майя, 12 лет, с первого дня тыкала пальцем в запотевшее окно кухни: *«Там мужчина в мокрой рубашке стоит… Смотри, мама, он машет!»* Лорна прищуривалась, видя лишь мокрые банановые листья за стеклом. По ночам в доме скрипели половицы, будто кто-то ходил босиком по коридору. Однажды утром Майя
В переулке за торговым центром Siam Paragon Ной, 22-летний продавец настольных ламп из магазина «ElectroHut», спорит с одноклассником Джейем. Тот требует вернуть долг в 15 000 бат, потраченных на лечение матери Ноя: «Твоя мать снова кашляет? Мне тоже нужно платить за аренду ларька с жареными кальмарами». Ной поправляет галстук с пятном от соевого соуса, думая о вечерней смене таксистом. В кармане
В прибрежном городке Бари 17-летняя Лиза, дочь рыбака Карло, замечает, что её морская свинка Рози исчезает каждую полночь и возвращается с шерстью, пахнущей серой. В местной траттории «Скалия» её друг Энцо, разгружая ящики с кальмарами, смеётся: «Может, она на свидания бегает?» — но Лиза находит в сарае за домом клочок пергамента с символом трезубца и пятнами, похожими на кровь. Тем же вечером
Лив и Эйрик приехали в старую охотничью избушку у подножия Тролльфьелля — дед Эйрика построил её в 60-х. В багажнике — замороженная оленина, бутылки глёга и коробка с гирляндами, которые Лив купила в Осло на распродаже. «Ты уверен, что печь работает?» — спросила она, разгребая снег сапогом. Эйрик хлопнул по железной дверце: «Лучше, чем твой кофевар». Вечером, пока он чинил генератор, Лив нашла в
