Дерек в рваной косухе пялится на проколотое колесо «Доджа» 98-го года, пока за углом гаража Майк торгуется с подростком за пару краденых динамиков. «Ты чё, слепой? Это же JBL, сотку давай минимум», — бросает он, затягиваясь «Мальборо». В соседнем дворе Шейн пинает пустую банку из-под «Колы», глядя, как его младшая сестра Лиза клеит плакаты Tupac на облупленную стену. «Съебу отсюда к октябрю, —
Клара Митчелл, медсестра с тёмными кругами под глазами, каждую ночь дежурит в полупустой больнице Святого Луки на окраине Лондона. В три часа ночи она замечает, что пациентка из палаты 307, Мэйси Рентон, 14 лет, выдергивает капельницу и шепчет: «Они придут, когда свет погаснет». Потолок над кроватью девочки покрыт паутиной трещин, будто кто-то бил кулаком сверху. Доктор Эдриан Фоули, в мятом
В старом особняке на окраине Чикаго Клара Эрроу, младшая дочь, нашла в стене за портретом деда пожелтевшее письмо с подписью «Изабель, 1987». Там говорилось о ребёнке, отданном на усыновление. За обедом она швырнула листок в тарелку супа брату Дэвиду: «Папа точно не наш папа». Дэвид, автомеханик с татуировкой якоря на запястье, молча вышел, сел в разбитый пикап и уехал в гараж. Тем временем их
Альфонс, в клетчатой рубашке и с рюкзаком, застрявшим в дверях автобуса №203, каждое утро опаздывает на уроки в гимназию на Шиллерштрассе. Его друг Бенни, вечно жующий бутерброд с ливерной колбасой, прячет под партой сломанный дрон, который они собрали из старых радиодеталей. «Циттербакке! — орет фрау Хофман, стуча мелом по карте Европы. — Ты опять принёс в класс эту… эту железяку?» Сестра
Клэр, в растянутом свитере с дыркой на локте, каждое утро пьёт кофе с корицей в кафе на углу 5-й улицы. За соседним столиком Сара, её бывшая физиотерапевт, роняет: «Опять не спишь? Таблетки закончились?» — и протягивает контейнер с маффинами. Клэр молча ковыряет ногтём облупившуюся краску на столе, потом идёт в аптеку за рецептом, но фармацевт отказывает: «Доктор Мёрфи отменил назначение». В её
Кэти, 24 года, разгребает подгоревшие тосты в кафе *Red Mug* на окраине Лондона. Её комната над прачечной пахнет сыростью, а в ящике стола — пачка писем от Линды, биоматери, которую она никогда не видела. В перерыве, облокотившись на мусорный бак, она звонит соцработнице Мардж: «Вы сказали, она сидела за поджог? Где сейчас?». Ответ — тишина, потом: «В Норвиче. Не ищите — не ваша забота». Кэти
Тревис МакКой, ветеринар из захолустного городка Уайт-Рок в Оклахоме, натыкается на странные следы возле фермы после торнадо — блестящие пуговицы и клочья разноцветного парика. Его дочь Эмили, 12 лет, каждую ночь просыпается от скрипа половиц и шепчет: *"Пап, там клоун… В углу"*. Тревис проверяет комнату — только плюшевый медведь упал с кровати, но на подоконнике застревает осколок
Лила Морган, студентка-архитектор из Чикаго, обнаружила в старом чемодане отца потёртый дневник с пометкой «Проект «Серафим»». В гараже, разбирая коробки с ржавыми инструментами и кассетами VHS, она нашла ключ от заброшенной станции метро на 45-й улице. Её сосед Маркус, бывший военный с татуировкой якоря на запястье, усмехнулся: «Твоя мама опять будет орать, если узнает, что ты лезешь в его
Магда в третьем сезоне снова в рекламном агентстве на Мокотове, но теперь её преследуют кошмары о проваленной презентации для клиента из Швейцарии. «Ты опять спалила бюджет на креатив?» — спрашивает её коллега Павел, доедая бутерброд с паштетом в переговорке. Тем временем Кароль, её бывший, таскает Ольгу — учительницу английского из Праги-Полудне — по комиссионкам в поисках винтажного дивана. «Ты
В пригороде Лиона Антуан, 19 лет, в рваной куртке, чинит мопед возле панельной пятиэтажки. Его друг Марк, с татуировкой анархистского символа на шее, разбрасывает листовки у входа в метро *Part-Dieu*: «Завтра – захват завода. Без тебя – просто шум». Антуан вытирает руки тряпкой, пахнущей машинным маслом: «Твой план – как моя сцепка. Держится на соплях». На другом конце города, в парижском *Le
Луи, 28 лет, работает ночным грузчиком в порту Гавра. После смерти жены Элизы от осложнений при родах он пытается растить сына Матиса в однокомнатной квартире на улице Жан-Жорес. Каждое утро начинается с подгузников, купленных вразвес у соседки мадам Леблан: «Опять протекло? — бормочет он, вытирая творожистые пятна с линолеума». В холодильнике — только баночки с пюре из кабачков и бутылка
Марко, 17 лет, тайком снимает тиктоки на старом причале Санта-Лучии, пока его отец чинит сети. Лиза, в розовой кофте с выгоревшими рукавами, ворует вайфай через треснутое окно кафе «Бьянка» — пароль *espresso123* она узнала от бармена. Джорджио, толкая ржавый велосипед, тащит колонки из гаража, где хранятся банки с оливками его дяди: «Слушай, если залью трек до вечера, лайков будет больше, чем у
