Лайла, 28-летняя программистка из Портленда, каждое утро заедает холодную пиццу энергетиком *Red Zest* перед монитором с зависшим кодом. Ее соседка Роза, мастер по ремонту велосипедов с розовым ирокезом, врывается в квартиру с облупившимися обоями: «Ты похожа на призрака в этом свитере. Давай в бар, там парень с хаски учит робота смеяться». В подпольном клубе за заброшенным мостом Лайла
Линда, девушка в потёртой кепке с выцветшим логотипом пивного бара, каждую ночь развозила острые том-ям по заказам в районе Пратунам. Её сосед Тан, чинивший тук-туки в гараже за магазином *7-Eleven*, однажды нашёл в двигателе старой машины обгоревший свиток с картой, где красным крестом был помечен заброшенный храм в окрестностях Нонтхабури. «Ты в курсе, что тут написано про «дверь в землю
Витаутас, 34 года, грузчик из Каунаса, получает письмо от двоюродной сестры Ирены, живущей в Чикаго. Она предлагает работу на складе рыбной фабрики — «Там платят долларами, а не этими жалкими центами», пишет она, вкладывая фотографию облезлого общежития с ржавой плитой у окна. Через две недели он летит рейсом «AirLux» с пересадкой в Берлине, оставляя в Литве мать с артритом и старую «Ладу» в
Два подростка, Ади и его сестра Лара, живут в рыбацкой деревне на берегу Яванского моря. Их отец, Сутарджо, чинит сети в сарае с запахом гниющей древесины, пока мать, Сити, продаёт жареную рыбу на рынке, где в воздухе висит аромат гвоздики и перца. Однажды Ади находит в лодке старый кинжал с резьбой в виде морского змея — подарок от деда, который шепчет перед смертью: *«Не носи его после
Лена Фрост, биолог-любитель из Бруклина, находит в подвале заброшенной фабрики коробку с потрескавшимися журналами XIX века. В них — чертежи механического сердца и записи на немецком: *"Реанимация возможна при условии замены корыстного мозга"*. Она звонит Карлу Реннеру, нейрохирургу-алкоголику, с которым когда-то делила лабораторию в Колумбийском университете. "Тысячелетние
Иско Домагосо, 17 лет, живет с матерью Лорной и младшей сестрой Мией в одноэтажном доме из рифленого металла в Барангае Сан-Андрес. Каждое утро он разгружает ящики с сушеным тунцом на рынке Пасай, получая 200 песо в день. Отец, Роландо, исчез три года назад, оставив долги — Лорна прячет письма от кредиторов под матрасом. «*Если бы не Мия, я бы уехал в Себу на стройку*», — говорит Иско другу
Аушра, девятнадцати лет, после смерти бабушки находит в старом доме под Вильнюсом потрепанный дневник с эскизами мотыльков и адресами на обороте. Вместе с Юргисом, соседом-студентом, который вечно теряет очки в гуще событий, они расшифровывают пометки: «Калваријос 12, спроси про синюю коробку». В заброшенной аптеке на улице Шви. Йоно обнаруживают коробку с письмами 1980-х — переписку бабушки с
София, 27 лет, в джинсовом фартуке с пятнами эспрессо, протирала стойку семейного кафе в Милане, когда нашла конверт с выцветшей фотографией мужчины в шляпе-федоре. "Nonno Лука говорил про американского брата…" – бормотала она, разглядывая обратную сторону снимка, где чернилами было выведено "Brooklyn, 1953". В это же время Джек, курьер из Нью-Йорка с татуировкой компас на
Ласло, сорокалетний архитектор из Пешта, каждое утро покупает *тайский суп* в ларьке у моста Свободы. В очереди он постоянно сталкивается с Эвой, студенткой-виолончелисткой, которая торопится на репетицию в Академию Листа. «Опять без сдачи? — усмехается Ласло, протягивая ей монету. — В следующий раз принесите хоть печенье». Эва роняет ноты в лужу у подъезда консерватории — Ласло подбирает листы с
Лина, 17 лет, просыпается в своей чикагской квартире на третьем этаже. На кухне мигает микроволновка — 12:47, хотя будильник должен был прозвенеть в семь. Брат Итан, обычно оставляющий на столе записки с советами вроде *«Не забудь яблоко, алергия — не шутка»*, отсутствует. В подъезде она натыкается на мистера Кларка, соседа-пенсионера, который бормочет: «Спит весь дом… даже голуби…» — и падает
Зося, 19 лет, работает на фабрике в Лодзи, разрисовывает фарфоровые тарелки с розами. После смены бегает на заброшенный рынок за хлебом и дешевым мармеладом — в кармане вечно застревают крошки. Ее сосед Марек, парень в потертой косухе, чинит мотоцикл «Юнкерс» во дворе, бросает через забор: «Слушай, может, в кино сходим? Там новый фильм про космонавтов». Зося отмахивается, но вечером крадет у отца
Юкио Кадзима, 45 лет, каждое утро начинает с проверки инвентаря: тряпки из микрофибры, щетка с жёсткой щетиной, самодельный раствор из уксуса и соды. Он работает в старой муниципальной школе «Фудзими» на окраине Киото, где коридоры пахнут затхлостью, а в углах аудиторий скапливается пыль времен Сёва. Во время перерыва он подслушивает разговор учеников: «Этому призраку в женском туалете точно
