Игорь, грузчик из Подола, в рваной спецовке находит в старом серванте отца конверт с обгоревшим фото гаража и координатами «49°50’N 24°03’E». Его брат Вова, таксист с чеком из автосервиса на панели «Октавии», тычет пальцем в карту: «Тут теперь ТРЦ «Форум», там даже бетономешалки стоят. Он что, в фундамент замуровал?» Настя, подруга Игоря, парикмахерша с розовым мелированием, перебирает ключи от
Джеймс Харпер, 47 лет, вальцует металл на заводе «Грейсон Индастриз» в Детройте. Каждое утро он замечает, как ржавые ворота цеха скрипят сильнее, а в раздевалке пахнет перегоревшим маслом и дешёвым кофе из автомата. Дочь Эмили, 16, рисует граффити на заброшенном складе, пока он на смене. «Пап, Чейз зовёт в Чикаго — там студия диджеинга», — говорит она, закатывая рукав, чтобы показать новые
Дейзи Морено, 17 лет, в подвале старого дома на окраине Альбукерке нашла коробку с письмами отца, который исчез пять лет назад. Вместе с соседом-гимнастом Ричардом «Ричи» Вальдесом они расшифровывают обрывки фраз про заброшенную лабораторию в пустыне: *«Если читаешь это — я не смог остановить цепную реакцию. Ищи код 44-22-31 в резервуаре С»*. Параллельно младшая сестра Дейзи, София, замечает в
Лиза, рыжая пятнадцатилетняя блогерша с треснутым экраном iPhone, первой заметла пыльную табличку «Добро пожаловать в Браунтаун» на въезде. Её младший брат Карлос, в наушниках с оторванным правым динамиком, упёрся в ржавый автомат с газировкой: «Слушай, тут кнопка «Колы» залипает. Это знак — город-ловушка». В пансионе «Синий клен» их встретила миссис Гловер в фартуке с пятнами от черничного
В старом доме в Массачусетсе, 17-летняя Эмили Диккенсон прячет исписанные листки под половицей, пока ее мать Маргарет стучит в дверь: «Обед остывает, а отец не любит ждать». За столом Эдвард Диккенсон, адвокат с ледяным взглядом, разбирает почту — газеты, счета, письмо от сына Остина, который учится в Гарварде. Младшая сестра Лавиния шепчет Эмили: «Ты опять в саду ночью сидела? У тебя сажа на
Лукас Гама, ветеринар лет тридцати с шрамом над левой бровью, возится с дворнягой в клинике на окраине Сан-Паулу. Его клиника — треснувшее здание с вывеской *"Clínica Vet Gama"*, заваленное коробками глюкозы и воняющее антисептиком. По утрам он объезжает фавелы на потёртом скутере, высматривая раненых животных. *"Док, у Шакиры гноится лапа",* — кричит Мария, девчонка лет
В Медельине, в квартире над шумным рынком Пальмиры, сестра Камила, 17 лет, чинит старый транзисторный радиоприемник, пока ее брат Хуан, 23 года, разгружает ящики с бананами у грузовика. По вечерам они слышат голоса из радио — обрывки чьих-то разговоров на испанском и языке уитотов. «*Этот старик с третьего этажа опять свой магнитофон включает*», — ворчит Хуан, вытирая пот с шеи. Но когда Камила
Майлз и Карен, пара из Небраски, купили полуразрушенный дом на острове Кауаи, надеясь начать всё с нуля после банкротства автосервиса. Вместо серых снегов — пальмы, треснутые стены, которые Майлз сам штукатурит по вечерам, запах плесени под полом. В баре «Тики-Топлесс» местный рыбак Джек, потягивая пиво, предупреждает: «Здесь каждый второй работает на кого-то. Даже попугаи, блять, стучат». Карен
Ли Ён, бармен в кафе возле станции Хондэ, 27 декабря замечает Соён — девушку в помятом пальто, которая трижды переделывает заказ капучино. «Сахар точно не забудете? — уточняет она, перебирая прядь волос с седым корнем. — А то вчера в «Star Cup» испортили». За соседним столиком Чанмин, менеджер логистической компании, спорит по телефону с матерью: «Перееду из Пучхона, когда квартиру продадим, а не
Лена Картер, инженер с татуировкой созвездия Ориона на запястье, ковыряла отверткой в панели вентиляции отсека «Ирис-7». Воздух пах озоном и пластиком, расплавленным от перегрузок. Джейкоб Реннер, бортинженер в засаленной футболке с надписью *«Mars or Bust»*, дергал трос шлюзового механизма, ругаясь сквозь зубы: «Опять клинит. Чертова пыль забила шестерни». Лена бросила ему изоленту с
Чан Ми, 27 лет, в синем фартуке с пятном от варенья, каждое утро разливала латте в кафе «Под часами» возле станции Хондэ. На углу стола у неё лежал блокнот с набросками лиц клиентов — старик с таксой, студентка в розовых наушниках. В четверг, когда закончились бумажные стаканы, Хён У, архитектор в смятой рубашке, протянул ей салфетку с вопросом: *«Вы всегда превращаете скуку в искусство?»*. Он
Кьяра, 17 лет, живет с отцом-рыбаком Энцо и младшим братом Лукой в портовом городке Лигурии. Каждое утро она помогает разгружать сети, вонь тухлой рыбы въелась в кожу, а после школы бежит в кафе *Alba Marina*, где мать Сильвия готовит равиоли с шалфеем. В четверг на рынке Кьяра сталкивается с Лючией, подругой детства, которая хвастается билетом в Милан: «Папа нашел связи в модельном агентстве. Ты
