Лила Морган, 23-летняя балерина из Бруклина, каждое утро протирала зеркала в зале *Starlight Studio* тряпкой с остатками кофейных пятен. Ее брат Эдди, в красной кепке с выцветшим логотипом «Yankees», притащил в раздевалку коробку «под старые пуанты» — внутри блестели неограненные камни. «Ты везешь это в Канаду через неделю», — бросил он, перебивая ее возражения скрипом двери. Лила спрятала
Джим Смит, 27 лет, в рваной куртке, копается в груде металлолома на свалке возле шоссе 16. Его сестра Сэнди, 19, моет полы в мотеле «Северное сияние», где пахнет дешевым отбеливателем. Вечерами они сидят на крыльце обшарпанного дома с заколоченными окнами — отец Джек пропал три недели назад, оставив только потрепанную записку: *«Не ищите. За мной пришли»*. В баре «Кедровый пень» незнакомец в
Марион, 16 лет, перебирает пачку пожелтевших рецептов в тесной кондитерской на окраине Марселя. За окном гудят трамваи, а её пальцы в муке натыкаются на записку с пометкой "Хиос, 1982": *"Смешай фисташковую пасту с каплей оливкового масла из деревни Агиос Георгиос — вкус станет... воздушным"*. В холщовой сумке у неё уже лежит билет на паром. В порту Пирея к ней пристаёт
Иэн и Барли Лайтфуты живут в пригороде Нью-Мулина, в доме с облупившейся синей крышей и газоном, где трава давно выросла по колено. После смерти отца они находят его старое письмо и посылку: внутри деревянный посох и свиток с заклинанием, которое должно вернуть его на сутки. Иэн, стеснительный и неуверенный, случайно активирует магию, но воскрешается только нижняя половина отца — брюки, ремень,
Янка, в потёртой куртке с капюшоном, каждое утро пробиралась через заброшенный двор фабрики «Электроникс» в пригороде Братиславы. Там, среди ржавых станков, она собирала списанные трансформаторы, пряча их в рюкзак с оторванной молнией. «Опять на свалку полезла?» — хрипел сторож Игорь, разливая самогон в жестяную кружку. Она молча протягивала ему пачку сигарет «Пеликан» — бартер за молчание. По
Джек Моррисон, 28 лет, механик из Брокен-Хилла, Новый Южный Уэльс, три месяца копил деньги на старый «Холден» 1993 года, чтобы вывезти младшую сестру Лизу из города. Их отец, алкоголик с артритом, проиграл дом в покер местному бару «Кенгуру». Лиза, 16 лет, прятала школьные учебники под половицей, пока Джек воровал запчасти из гаража мэрии. «Ты уверен, что топливный насос не сдохнет через 50 км?»
Томми Шепард тащит сумку с документами через переулок за пекарней *Dunkin' Donuts* в Бруклине, спотыкаясь о треснутый асфальт. Его отец, Фрэнк, бывший следователь с артритом в правой руке, ждёт его у подъезда конторы на 5-й авеню. «Ты думал, бумажки из суда пахнут лучше трупов?» — хрипит Фрэнк, разминая пальцы в кожаных перчатках. Внутри офиса, заваленного папками с делами о мелких кражах,
Колин, ветеран с шрамом над бровью и привычкой теребить медальон на цепочке, подрабатывает вышибалой в баре на окраине Филадельфии. Его соседка Джесс, соцработник в потёртой кожанке, тащит его разобраться с Тайлером — пацаном, который ночует в разбитом фургоне за заправкой. «Он не сволочь, — бросает Джесс, закуривая на лестнице у подъезда. — Просто ему не везёт с людьми». Колин молчит, глядя на
Арджун, 17 лет, живет в деревне Шивапур под Мумбаи. Каждое утро он таскает металлолом с отцом на развалинах старых текстильных фабрик, пока не натыкается на ржавый медальон с гравировкой «Аянгаран». За обедом из *чапати* и чечевицы соседка-старуха качает головой: «Эти руины — могила воина. Его дух не любит любопытных». Ночью медальон светится — парень втягивается в видение: толпа в древних
Айбек, 14 лет, каждое утро до рассвета таскает воду из колодца в селе Кара-Суу, пока его младшие сестры спят на войлочных матрасах. Отец, Мурат, чинит плуг во дворе, бросает: *"После школы — помогать с картошкой, а не по холмам шляться"*. Но мальчик прячет рваные кеды за камнем у школы — тренируется на высохшем русле реки, где пастухи гоняют овец. Учитель физкультуры, Сапар, замечает
Люсинда Бёрд, в помятом плаще и с рюкзаком, приезжает в Гленвуд — городишко у реки Стиклбэк. В доме матери, пахнущем сыростью и старыми газетами, она копается в коробках с детскими игрушками. На кухне находит дневник с обложкой, обожжённой по краям. Соседка Марджори, в розовых тапочках на босу ногу, стучит в дверь: *«Твой мать пирог с ревенём всегда брала у меня. Говорила, рецепт из журнала, а
Лена Моррис, продюсер с тремя «Эмми» в резюме, втискивает сигарету в перерыв между съемками третьего сезона. Павильон 7 студии «Голден Филмс» в Бербанке пахнет старыми коврами и латексом от декораций. Ей названивает Томми Райт — 19-летний актер из Техаса, который жалуется, что его герой-бариста теперь должен умирать от передоза в 5-й серии. «Ты же сам подписывал контракт с опцией на
