Пат натыкается на Гота в переулке за университетом, где раньше покупала жареные бананы. Он стоит в помятой рубашке, держит пакет с запчастями для мотоцикла. "Ты всё ещё пьёшь кофе с тремя ложками сахара?" — бормочет он, глядя на её старый смартфон с треснувшим экраном. Она в ответ роняет ключи: "А ты до сих пор опаздываешь на каждую встречу?". Они начинают встречаться в кафе у
Эйвери, 34 года, живет в Торонто в однокомнатной квартире с треснувшим окном, заклеенным скотчем. Ночью она патрулирует коридоры заброшенной фабрики «Редмонд Стил», проверяя замки на воротах и слушая подкасты о ремонте авто. Её мать, Лиза, с деменцией, в доме престарелых на улице Бейвью. В пятницу Эйвери приносит ей пакет с печеньем, но Лиза отворачивается: «Вы уже давали мне таблетки,
Оксана, медсестра в киевской больнице с облупленными стенами в палатах, каждый день после смены покупала в ларьке у метро два пакета молока — для себя и соседки-пенсионерки. В четверг к ней привезли Андрея, мужчину лет сорока с осколком в груди, который отказывался от обезболивающего и молча смотрел в окно на гаражи во дворе. «Почему вы тратите время на меня?» — спросил он, когда она поправила
В старом здании на окраине Чикаго, где облупившаяся краска стен смешивалась с запахом перегоревших проводов, Эмили Рено копалаcь в записях отца-физика. Его исчезновение две недели назад совпало с поломкой экспериментальной установки — стального кольца с медными катушками, оставшегося под полиэтиленом в углу лаборатории. Джейк, её младший брат, нашёл в мусоре смятый лист с формулами и фразой «Код
Ли Вэй, 24 года, каждую ночь таскает коробки с лапшой в закусочной на окраине Шанхая. После смены забирается на крышу пятиэтажки, где соседский дог по кличке Хэйбао воет на луну. «Опять твой концерт?» — бросает Ли, закуривая. Собака тычется мордой в его рваный рюкзак с наклейкой мертвой рок-группы. Там лежит потёртая тетрадь со стихами, которые он читает вслух, пока ветер треплет листы. Внизу, у
![Постер Запертые в рамках. Геном (Nakanohito Genome [Jikkyouchuu])](/uploads/mini/short/84/3316f655daa65cbd700a51e3217d75.jpg "Запертые в рамках. Геном")
Аой Ямато, инженер-генетик с вечно помятым лабораторным халатом, ковырялся в образцах ДНК на 14-м этаже офиса «Куросио Инжиниринг», когда Юки Накадзима ворвалась в лабораторию. «Система глохнет каждые 20 минут. Серверная опять в аварийке — там перегрев», — бросила она, хлопнув папкой с маркировкой «Проект Хеликс» о стол. За окном дождь стучал по неоновой вывеске суши-бара, а Аой, поправляя очки,
Нобунага, 16 лет, возвращается в замк Адзути после смерти отца. Сестра Оити встречает его у ворот, поправляя помятую кимоно: *«Советники ждут в зале. Дядя Нобутака уже требует передать власть»*. Нобунага игнорирует церемониальный меч отца, хватает горсть риса из кухонного котла — руки дрожат. В тронном зале Хидехиси, старый вассал, шипит: *«Если не наденете доспехи, кланы сочтут вас мальчишкой»*.
Андрей, студент юрфака, приходит на практику в офис на Тверской. Виктор Сергеевич, его наставник, с порога бросает папку с делом о разделе завода: «Разбери к утру, ошибёшься в нумерации — пиши заявление сам». Кондиционер гудит, на столе — пятно от кофе, в углу валяется сломанная рамка с дипломом «Лучший юрист-2016». За обедом Виктор, разминая вилкой холодную котлету, поясняет: «Запомни, клиенты
Ээро, 32-летний безработный музыкант с рыжей бородой до груди, получает звонок от сестры Йенни: «Ты же любишь детей? В садике «Солнечный зайчик» ищут мужчину-воспитателя. Хочешь попробовать?». Он соглашается, надевая единственную чистую рубашку в горошек. В первый день пятилетняя Лина спрашивает, застряла ли у него на лице «коричневая кошка», а шестилетний Олави пытается потрогать бороду во время
Ли Мин Хо, ворча, чистит чешую с ботинок после утренней разгрузки тунца на рынке Чагальчхи. Его младший брат Хён Су, задыхаясь, врывается в лавку: *«Говорил же — не связывайся с этими ящиками из порта. Теперь за нами следят»*. В доке №7 Чхве Джи Хун, разбивая лёд на замороженных кальмарах, достаёт пакеты с белым порошком. *«Клиенты ждут до завтра. Или ты хочешь объясняться с моими людьми?»* —
Села с рыжими волосами, завязанными в два неаккуратных хвоста, тащит коробку с книгами в квартиру над кафе «Лунный блик». Пики, в очках с треснувшей левой линзой, копается в распечатанном чемодане, вытаскивая старый транзисторный радиоприёмник. «Тут пахнет корицей и плесенью», — бормочет она, включая аппарат. Вместо музыки — шипение, прерываемое фразами на непонятном языке. За окном, на улице с
Юити Камия, старшеклассник из пригорода Осаки, сталкивается с Сакурой Аяно в школьной раздевалке после футбольной тренировки. Она роняет блокнот с эскизами антропоморфных пушек, а он, поднимая его, замечает подписанные страницы: *«Девушка-танк vs. Механический кракен — финальная битва»*. «Ты рисуешь это… для урока искусства?» — спрашивает он, перелистывая страницы. Сакура выхватывает блокнот,
