Эмили Сантос, двадцатитрехлетняя уборщица в бруклинской прачечной «Чистый лист», каждое утро перед сменой репетирует у зеркала в подсобке. Ее кроссовки, переклеенные скотчем, скрипят на линолеуме, пока она отрабатывает флай-степы. В четверг, когда сломался кофейный автомат, она столкнулась в коридоре с Джамалом Картером — тренером по брейк-дансу из соседнего клуба. «Ты жжешь паркет, но ритм
Джейд, в фартуке с пятнами от кофе, вытирает стойку в кафе на Сансет. Декс, в мятом пиджаке, ставит пустую чашку эспрессо на подставку с трещиной: «Твой вокал – как ржавый гвоздь в старом сарае. Хочешь его выдернуть?» Через два дня она стоит в подвале Eastside Vinyl, где пахнет плесенью и ладаном. На стене – плакат его бывшей группы 90-х, «Red Haze», заляпанный пивными пятнами. Пока Джейд
Кай ковыряет ржавые гвозди в досках заброшенной фабрики «Хартсвилль Стил», когда Лена тычет ему под нос потрепанный дневник. *«Тут про 1988 год… Твой дед упомянут как "сторож»"* — бормочет она, перелистывая страницы с пятнами плесени. На следующий день Эзра взламывает школьный архив: в списках выпускников нет половины имен из записей деда, только пометки красным — *«переведен»*. По
Сория, студент из Пномпеня, находит на рынке Пса Тмей потрёпанный дневник с инициалами «П.П.». Листы испещрены заметками о сельских коммунах и чёрными схемами поставок риса. Он фотографирует страницы и выкладывает в Telegram-канал, где сталкивается с комментарием от Люка — француза в помятой рубашке, пьющего кофе в кафе у набережной Тонлесап. «Эти цифры… 1976 год. У меня похожие данные из
Джанго, бывший солдат с шрамом через левую бровь, копает колодец на своей ферме под палящим солнцем. Его жена Мария выносит кувшин с водой, поправляет платок на голове: «Опять видел следы у ограды?» Он молчит, вытирая пот рукавом. Ночью в салуне «Ласточка» пьяный лудильщик Лукас бормочет о «призраках в чёрных плащах», но все смеются. Утром на окраине Сан-Мигель находят труп мясника Антонио — в
В прибрежном городке Редвуд, штат Калифорния, 17-летняя Лила Ковач находит в подвале заброшенного маяка старую кинокамеру с плёнкой, где запечатлена её мать, погибшая при пожаре десять лет назад. Кадры показывают, как женщина в чёрном плаще ведёт её к пещере у скал, из которой доносится шепот на непонятном языке. Лила подключает камеру к проектору в школьном классе астрономии — изображение матери
Лиам Карвер, 17 лет, после школы задерживается в отцовской автомастерской на окраине Чикаго. Грязная синяя форма, запах бензина на руках, вечные споры с отцом: *«Сколько раз повторять — масло менять каждые 5 тысяч, а не когда движок застучит»*. По ночам тайком снимает заброшенные заводы старым «Зенитом», который нашел в гараже. В кадре часто мелькают тени без источника — Лиам стирает их в
Главный герой — молодой индеец из племени кайова по имени Таканги. Он прилетает в Париж через аэропорт Шарль-де-Голль с потрёпанным чемоданом, где лежат ритуальная трубка, фото матери в бисерном ожерелье и письмо от французского антрополога Пьера Леблана. По сюжету, Пьер обещал помочь ему найти работу, но исчезает. Таканги селится в крохотной комнатке над кафе *"La Lune Rouge"* в районе
Кейд Меррик чинит двигатели в гараже на окраине Сан-Марко, но каждую пятницу в 2:15 ночи уезжает на чёрном «Мустанге» 68-го года. Напарница Лин, втирая салфеткой пятна мазута с рук, бросает: «Опять заказы из порта? Там вчера двух грузчиков нашли — кишки, как провода, наружу». В бардачке у Кейда лежит карта с крестами возле складов «Redline Logistics», а под сиденьем — нож с гравировкой «Семья —
Клара, 28-летняя программистка из Окленда, каждое утро заказывает капучино с двойной порцией сиропа в кафе *Red Bench* на Телеграф-авеню. Там же работает Итан, 25-летний бариста, который случайно проливает кофе на её ноутбук, пока она правит код алгоритма для приложения, сортирующего совместимость партнёров по данным соцсетей. «Ты вообще понимаешь, что я неделю дебажила эту хрень?» — бросает
Артём, курьер с потёртым рюкзаком и треснутым экраном телефона, нашёл в кармане куртки конверт с пятью тысячами и запиской: *«Завтра в 15:30. Угол Ленина-Малышева, синяя «Газель». Не опаздывай»*. Он позвонил Максиму, с которым когда-то разгружал вагоны: «Чё думаешь? Подстава?» — «Хер знает. Но у тебя ж кредит за квартиру висит. Рискни, вдруг отмыть получится». На перекрёстке, воняло жареным луком
Лив, рыжеволосая девочка в потёртом синем свитере, каждое утро пробиралась через заснеженный сосновый лес к заброшенному докерскому сараю на краю фьорда. Там она собирала ржавые гвозди и обрывки верёвок, чтобы менять их у старика Гуннара на сушёную треску. Однажды, споткнувшись о замёрзший ручей, она заметила за ледяными сталактитами трещину в скале. «Там же мама пропала», — прошептала она,
