В маленьком швейцарском городке, затерянном среди хвойных лесов, сестра Карин, 32 года, моет полы в местном магазине *ICA Nära*, попутно разбираясь с вечно заедающей кофемашиной. Её брат Эрик, 28, пятый месяц без работы, чинит ржавый Volvo 240 во дворе, пока их мать Лена пересаживает герань в треснувших горшках. Отец Андерс, ветеран завода по производству картонных коробок, прячет бутылку
Лия Каллас, в потёртом фартуке, разгружала коробки с сардинами на неаполитанском рынке Пиньясекка. Рыба пахла солью и водорослями, а пыль с мостовой смешивалась с запахом эспрессо из соседней лавки. К ней подошёл Марко Онассис в костюме, который явно стоил больше, чем её месячная выручка. «Ваш брат задолжал мне двадцать тысяч евро, — сказал он, разглядывая прилавок. — Выплатите до пятницы, или я
Лиа ковыряется в рюкзаке с облупившейся краской, достает смятую записку — брат Кайл писал карандашом, торопливо: *«Ищите станцию под старой аптекой. Не доверяйте охранникам в оранжевых повязках»*. Маркус, бывший механик, чинит рацию на кухне заброшенной столовой, пахнет горелым маслом. Его перебивает Дженна, тряся полупустым пакетом гречки: «Делить будем по граммам или опять последние пайки
Рави вытирал пот со лба, поправляя старую вывеску своей чайной лавки в переулке Чандни-Човк. В воздухе висели запахи кардамона и обжаренного нута. Девушка в выцветшем сари, Мира, толкнула дверь, держа в руках потрепанную фотографию: «Ты видел его? Сандип, мой брат. Он ушел на стройку возле Ямуны три недели назад, а потом перестал звонить». Рави, перебирая монеты в жестяной коробке, кивнул на
Кай Вебер, 23 года, в ржавом противогазе и с автоматом Heckler & Koch, пробирается через руины берлинского метро. На запястье — треснувшие часы с циферблатом, застывшим на 4:17. В ушах шипит рация: «Сектор D чист. Переходи к блоку E», — голос лейтенанта Шнайдера, похожий на скрежет металла. Кай спотыкается о разбитую куклу с выгоревшими глазами, поправляет фонарь на прищепке — самоделка из
Майк Брэди, архитектор из Калифорнии, неожиданно получает должность советника президента. Вся семья — жена Кэрол, шестеро детей (Грег, Марша, Питер, Бобби, Синди и Дженис) — переезжает в Вашингтон, заселяясь в резиденцию на Пенсильвания-авеню. Дети тащат коробки с гитарами, скейтами и куклами через парадный вход, пока охрана в темных костюмах перешептывается в наушники. «Бобби, тут нельзя
Оскар Франсуа де Жаржэ, в белом мундире с позументом, патрулирует галерею Версаля, поправляя шпагу на поясе. Её приёмная мать, маркиза де Монтранси, шифрует письма у камина, упоминая «неуместные связи с австрийским двором» — речь о Марии-Антуанетте, которая в это время смеётся в оранжерее, ломая лепестки роз. «Вы забыли, мадам, что охраняете не салон, а королеву?» — бросает Оскар офицеру Гийому,
Люк, 28 лет, грузчик в порту Кале, каждое утро заезжает в булочную на rue de la Mer, где его младший брат Матье, 24 года, замешивает тесто. «Опять в рваной куртке? — бросает Матье, смахивая муку с фартука. — Отец бы прибил». После смерти отца-рыбака братья унаследовали старый дом с протекающей крышей и долгами за сети. Люк прячет пачки с табаком в трюмах паромов, Матье копит на ремонт печи, но
В портовом городе Кобе подросток Такуми, сын рыбака, воровал уголь с грузовых поездов, чтобы обменять его на рис для младшей сестры. Его поймал охранник-ветеран Сюити, потерявший руку на войне: «Твоя мать шила мне кимоно перед отправкой в Маньчжурию. Иди, но если увижу снова — сломаю ногу». Тем временем в Осаке дочь фабриканта Аяко, пряча от отца потрепанный дневник с стихами Арихары, тайком
Пру, Пайпер и Фиби Холливелл копошатся в трёхэтажном викторианском особняке на улице Прескотт. Пайпер, застрявшая между ролью владелицы ресторана и необходимостью замораживать демонов в гостиной, то и дело роняет: «Кто опять не вымыл котёл после зелья?» Фиби, развалившись на лестнице с журналом астрологии, кричит вниз: «В Книге Теней на странице 112 есть заклинание против плесени — может,
В городке Санта-Роса, затерянном среди кактусовых полей, 19-летняя Луиза Моралес торопливо закручивает гайки на ржавом пикапе, пока ее младший брат Хавьер тычет пальцем в потрескавшийся экран телефона: «Опять нет сигнала. Как мы найдем ту конюшню?» Они должны доставить ящики с текилой к рассвету, иначе не заплатят. На заднем сиденье дремлет их соседка Ана — бывшая медсестра, которая тайком
В Лиссабоне Дэрил, 34 года, клеит билеты с концертов в потрёпанный альбом. Его кухонный стол завален распечатками фото: Дэйв Гаан в дырявой коже на стадионе в Киеве, Мартин Гор в ковбойской шляпе у ларька с хот-догами. Перед вылетом в Берлин Дэрил выпивает эспрессо, проверяет батарейки в фотоаппарате — тот же, что купил в 2003-м на барахолке. Ливия из Бухареста прячет в кармане джинсов зашитый
