Джейк Теллер, бывший морпех с шрамом над левой бровью, приезжает в Чикаго после звонка от школьного друга — Лиза, его младшая сестра, пропала три дня назад. В баре *Красный ястреб* на Саутсайде, где пахнет старым деревом и пережаренными крылышками, бармен Лу, вытирая стаканы тряпкой с пятнами, бросает: *«Она задолжала Мендосе. Спроси про склад на 8-й улице»*. Джейк обыскивает её квартиру: в ящике
Рави, 42 года, сборщик на фабрике игрушек в переулках Мумбаи, каждое утро чинит сломанный велосипед дочери Миры. Девочка, 14 лет, в потертом школьном платье, прячет под партой разбитый телефон — вчера старшеклассники затолкали её в лужу у рынка Ламинго. «Опять опоздала?» — бормочет Рави, вытирая руки масляной тряпкой. Мира молчит, ковыряет рис с карри в контейнере, пока вентилятор стучит по
Ларс, хозяин старой кондитерской в районе Нёрребро, находит в архивах фабрики потрёпанный блокнот сестры, умершей пять лет назад. Внутри — рецепт трюфелей с пометкой *«не пускать Эмиля в цех после семи»*. Ларс примеряет её фартук с пятном от ежевичного джема, варит первую партию, но шоколад горит. «Ты думаешь, я не видел, как ты рылся в её вещах?» — Эмиль, младший брат, пинает стул у печи. За
Лайам Гарретт, детектив из Брисбена, приезжает в захолустный городок Уиндем по следам тела, найденного на шоссе №1. Местный механик Джек Торн, в масляном комбинезоне и с потрескавшимся экраном телефона, первым обнаружил труп: *"Он лежал как мешок, даже кроссовки новые не помяли…"*. В кармане жертвы — ключ от сейфа местного бара "Кенгуру", чей владелец, Рой Макнамара, нервно
В токийском районе Кацусика Аяно, девушка с фиолетовым инеем в волосах от неудачного домашнего окрашивания, работает ночным сторожем в музее старых радиоприёмников. Ее единственный собеседник — слепой уборщик Дзюнъити, который каждую смену приносит ей банку холодного чая с надписью "Специальный выпуск: приз в крышке". Однажды среди экспонатов она находит размагниченную кассету с
Джейк, менеджер из Чикаго, застрял в пустой квартире на 15-м этаже — коллеги разъехались, а девушка бросила его за неделю до праздника. В микроволновке дымится замороженная пицца, а на балконе валяется разобранная гирлянда. «Хоть ледяного сидра допью», — хрипит он, спотыкаясь о коробку с подарками для бывшей. В дверь стучит соседка Элла: у нее прорвало кран, а сантехник празднует. Джейк, с
Кати, 23 года, переехала из Бергена в Лейпциг после смерти бабушки, оставившей ей старый дневник с чертежами ветряных мельниц. В общежитии на Фридрих-Эберт-штрассе она подрабатывала в кафе «KaffeeBlatt», где местный инженер-студент Йонас, заметив её эскизы, спросил: «Ты в курсе, что эти механизмы напоминают проект 1943 года?». Ночью Кати собирала макет из медных труб и шестеренок, найденных на
Эмир, механик из пригорода Измира, нашел в кармане промасленной куртки билет на автобус до Каппадокии с непонятными символами. Вечером, разбирая двигатель старого «Тофаша» во дворе, услышал гудение: над соседней мечетью завис треугольный объект, мигающий красным. «Бак, Яшар!» — крикнул он брату, указывая на небо, но тот только фыркнул, продолжая чистить рыбу у цинкового ведра. На следующий день в
В Тбилиси Георгий, пожилой учитель истории, получает письмо от дочери Марины, которая уехала в Питер пять лет назад. Он находит в конверте билет на поезд и фотографию её с русским парнем Ильёй — он в кожаной куртке стоит у разбитой «Волги» возле гаражей. Георгий звонит соседке Лике: «Собирай чемодан, едем выдергивать дурочку из этой северной дыры». В дороге Лика вяжет носки, бормочет про
Варшава, 1934 год. Якуб, бывший офицер с шрамом через левую бровь, собирает компанию: Зофья, его сестра-пианистка, втихаря подделывающая документы в подсобке кабаре «У Марыси», и Людвик, фармацевт с контактами в подпольных лабораториях. Их цель — украсть ящик грузинского вина с бриллиантами внутри, спрятанными в бутылки. План рушится, когда охранник-алкоголик Станислав, вместо того чтобы заснуть
Лиам, 24-летний бариста из Ванкувера, получает открытку от матери с засушенной кленовой веткой: *"Доктор звонил вчера. Не приезжай, если не хочешь"*. Он мнет конверт, пока эспрессо-машина шипит за спиной. В углу кофейни Джейк, его сосед-музыкант, роется в рюкзаке с наклейкой *"Save the Tofu"* и бросает: *"Ты же знаешь, она просто боится показаться слабой. Как в прошлый
Лейла припарковала машину у коттеджа с облупившейся голубой краской, вдавив педаль тормоза в рыхлый снег. В прихожей пахло ладаном и сыростью — Марни, её подруга с колледжа, уже разложила коврики у камина, где треснутое окно заклеено скотчем. «Тут даже туалетная бумага пахнет эвкалиптом, — проворчала Лейла, — или это Грег так маскирует плесень?» Инструктор по йоге, высокий блондин с татуировкой