В токийском районе Кацусика Аяно, девушка с фиолетовым инеем в волосах от неудачного домашнего окрашивания, работает ночным сторожем в музее старых радиоприёмников. Ее единственный собеседник — слепой уборщик Дзюнъити, который каждую смену приносит ей банку холодного чая с надписью "Специальный выпуск: приз в крышке". Однажды среди экспонатов она находит размагниченную кассету с
Джейк, менеджер из Чикаго, застрял в пустой квартире на 15-м этаже — коллеги разъехались, а девушка бросила его за неделю до праздника. В микроволновке дымится замороженная пицца, а на балконе валяется разобранная гирлянда. «Хоть ледяного сидра допью», — хрипит он, спотыкаясь о коробку с подарками для бывшей. В дверь стучит соседка Элла: у нее прорвало кран, а сантехник празднует. Джейк, с
Кати, 23 года, переехала из Бергена в Лейпциг после смерти бабушки, оставившей ей старый дневник с чертежами ветряных мельниц. В общежитии на Фридрих-Эберт-штрассе она подрабатывала в кафе «KaffeeBlatt», где местный инженер-студент Йонас, заметив её эскизы, спросил: «Ты в курсе, что эти механизмы напоминают проект 1943 года?». Ночью Кати собирала макет из медных труб и шестеренок, найденных на
Эмир, механик из пригорода Измира, нашел в кармане промасленной куртки билет на автобус до Каппадокии с непонятными символами. Вечером, разбирая двигатель старого «Тофаша» во дворе, услышал гудение: над соседней мечетью завис треугольный объект, мигающий красным. «Бак, Яшар!» — крикнул он брату, указывая на небо, но тот только фыркнул, продолжая чистить рыбу у цинкового ведра. На следующий день в
В Тбилиси Георгий, пожилой учитель истории, получает письмо от дочери Марины, которая уехала в Питер пять лет назад. Он находит в конверте билет на поезд и фотографию её с русским парнем Ильёй — он в кожаной куртке стоит у разбитой «Волги» возле гаражей. Георгий звонит соседке Лике: «Собирай чемодан, едем выдергивать дурочку из этой северной дыры». В дороге Лика вяжет носки, бормочет про
Варшава, 1934 год. Якуб, бывший офицер с шрамом через левую бровь, собирает компанию: Зофья, его сестра-пианистка, втихаря подделывающая документы в подсобке кабаре «У Марыси», и Людвик, фармацевт с контактами в подпольных лабораториях. Их цель — украсть ящик грузинского вина с бриллиантами внутри, спрятанными в бутылки. План рушится, когда охранник-алкоголик Станислав, вместо того чтобы заснуть
Лиам, 24-летний бариста из Ванкувера, получает открытку от матери с засушенной кленовой веткой: *"Доктор звонил вчера. Не приезжай, если не хочешь"*. Он мнет конверт, пока эспрессо-машина шипит за спиной. В углу кофейни Джейк, его сосед-музыкант, роется в рюкзаке с наклейкой *"Save the Tofu"* и бросает: *"Ты же знаешь, она просто боится показаться слабой. Как в прошлый
Лейла припарковала машину у коттеджа с облупившейся голубой краской, вдавив педаль тормоза в рыхлый снег. В прихожей пахло ладаном и сыростью — Марни, её подруга с колледжа, уже разложила коврики у камина, где треснутое окно заклеено скотчем. «Тут даже туалетная бумага пахнет эвкалиптом, — проворчала Лейла, — или это Грег так маскирует плесень?» Инструктор по йоге, высокий блондин с татуировкой
Лиам Гарретт, детектив с подрагивающим веком из-за трех бессонных ночей, находит в кармане убитого курьера ключ от склада в порту Лонг-Бич. Там — палеты с консервами, но под слоем ржавых банок — партия фентанила с логотипом орла. Его напарница, Кармен Риос, щелкает жвачкой: *«Это же метка Карлоса Мендосы. Тысячи трупов на его совести, а мы до сих пор не можем пришить ему даже штраф за парковку»*.
Лия, 23 года, бариста в кафе «Эклипс» на окраине Лос-Анджелеса, внезапно начала слышать обрывки мыслей клиентов. Вместо привычного гула кофемашины и звонка двери — голоса: *«Она опять пересолила суп»*, — бормочет пожилая миссис Кларк, заказывая латте. Лия роняет чашку, когда в голове всплывает фраза подростка у окна: *«Если б они знали, что я украл их письма»*. По вечерам она рассказывает об этом
В дождливом пригороде Олбани брат с сестрой, Марк и Лиза, копаются в пыльных коробках на чердаке старого дома после смерти отца. Марк находит пачку писем 80-х с адресом женской тюрьмы в Неваде — «Ты вообще знал, что он переписывался с кем-то?» — спрашивает он, перебирая конверты с выцветшими марками. Лиза молчит, разглядывая фото в рамке: их отец в молодости стоит рядом с женщиной в оранжевом
Хёнсу втискивается в автобус №271 после ночной смены в круглосуточном магазине. На коленях — потрёпанный блокнот со стикерами: *"Сцену с монологом Софии переписать до четверга", "Найти дешёвый прокат костюмов эпохи Чосон"*. В кармане гудит телефон: сообщение от Мичжи. *"Опять перенесли репетицию? Я два часа ждала у пустого зала с этими дурацкими париками!"* Он