Семья Ривера переезжает в старый особняк на окраине деревни Сан-Эстебан. Марта, мать двоих детей, находит в кладовке коробку с детскими игрушками: потрёпанного плюшевого медведя, стеклянные шарики и дневник с обгоревшими страницами. «*Здесь кто-то жил до нас?*» — спрашивает она у мужа, Хавьера, который чинит протекающий кран на кухне. Он пожимает плечами: «*Агент говорил, дом пустовал с 80-х*».
Соён, журналистка из Сеула, приезжает в прибрежный городок Михан-ри после смерти отца, который жил в старом доме с протекающей крышей. В кладовке она находит его диктофон с записью от 12 октября 1998 года: детский смех, потом крик. В кафе «У Кёнсу» официантка, вытирая стол тряпкой с запахом рыбы, говорит: «Ваш отец допрашивал всех про Минху. Та девочка, что пропала у пирса». Соён копается в
Лиам, 27-летний автослесарь с татуировкой в виде змеи на запястье, каждое утро завтракает в закусочной «Джейн» на окраине Чикаго. Его соседка Зои, студентка-биолог, замечает, что в канализационных стоках возле гаража Лиама плавают серебристые капли, напоминающие ртуть. «Слушай, это не похоже на обычную утечку», — говорит она, протягивая пробирку с образцом. Вместе они спускаются в тоннель, где
В заброшенном доме на Вильгельмштрассе в Кройцберге 17-летняя Лена, в зеленой куртке с заплаткой на локте, поддевает гвоздем прогнившую доску пола. Томас, ее друг в выцветших кедах, светит фонариком: «Там что-то есть!» В руках у Лены – потрепанный дневник 1943 года. На первой странице – имя Эрика и карандашный набросок окна с решеткой. «Она пряталась здесь от бомбежек, – бормочет Лена,
Майло, в потёртой кожаной куртке, и его младший брат Винсент, с татуировкой паука на шее, крутились вокруг фургона с игровыми консолями у склада в Сильвер-Лейке. «Два блока до съезда на 101-ю, — бормотал Майло, поправляя перчатки с обрезанными пальцами, — если Рико не вставит палки в колёса». Винсент, жуя жвачку, проверял болторезы в рюкзаке: «Ты точно видел расписание камер?» Их клиентка, Лена,
Лейла Гарсия, 27 лет, возвращается в Сан-Франциско после трех лет отсутствия. В старом кафе на Бейкер-стрит, за столиком с треснувшей мраморной столешницей, она встречает младшего брата Марко. Он протягивает ей фото: на снимке — их отец, доктор Эмилио Гарсия, в белом халате с пятном кофе на рукаве, стоит рядом с лабораторным холодильником. «Они стерли все записи, — говорит Марко, перебирая
Лина Морроу, детектив из захолустного Блэкстоуна, штат Мэн, неделю копалась в архивах после исчезновения подростка с рыжими веснушками — Калеба Бойла. В старом сарае за авторемонтной мастерской "Гас & Сыновья" она нашла дневник с водяными пятнами: "29 октября. Опять зовут в подвал. Говорят, надо пить, чтобы видеть сквозь время". На обороте — схема тоннелей под заброшенной
Лиам Броуди, инженер стартапа NeuroLink, три ночи подряд замечал странные артефакты в тестах нейроинтерфейса. В тесной лаборатории на Эмбаркадро, пахнущей пригоревшей микросхемой, он тыкал пальцем в график на мониторе: «Смотри, Джена — здесь пики совпадают с моими снами про коридоры с зелёными стенами». Маркерная доска за его спиной пестрела формулами, перечёркнутыми жёлтым стикером «НЕ
В кафе на углу Лорейнсграхт Лиза вытирает стойку тряпкой с запахом прокисшего молока. Том, в кожаном пиджаке с оторванной пуговицей, тычет пальцем в распечатку графика доставок инкассаторов. «Сзади дверь открывает уборщица в 10:45, — бормочет он, — пока охранник курит у канала. Двадцать минут — и мы в Лейдене с чемоданами». Лиза перебивает: «А Рик? Он же следит за нами с прошлого раза». За окном
Лира Мерсер, инженер-электрик с татуировкой «Voyager-1» на запястье, находит в вентиляции заброшенной шахты на Луне портативный холодильник с логотипом «Каллисто-Марс». Внутри — распечатанные схемы реактора и аудиозапись на португальском: *«Если слышишь это, я уже мёртв. Они слили кислород из сектора D»*. Её напарник, бывший пилот Кей Джей с подвеской в виде пропеллера, чинит дрона-пса по кличке
Лайла Картер, мойщица окон в муниципальной больнице Спрингвейла, замечает странности: после ночных смен в коридорах мелькают силуэты без лиц, а в лужах у автостоянки отражаются чужие воспоминания. Её сосед, таксист Гектор Мендоса, смеётся над её «приступами»: «Опять три банки энергетика выдула?» Но когда Лайла находит в мусорном баке за клиникой окровавленный браслет с гравировкой «К.Р.», который
Доктор Лиза Морроу, хирург-травматолог с привычкой жевать мятные леденцы во время дежурств, замечает странные рубцы на теле пациентов, поступающих после ДТП на шоссе №14. Её коллега, резидент Карлос Вера, в разгар ночной смены роняет: «Ты проверяла историю МРТ у этого парня? У него те же отметины, что у женщины с ожогами из прошлого месяца». В подсобке, пахнущей антисептиком и старым линолеумом,