Лиза, с рыжими прядями, выбивающимися из пучка, копается в коробках в гостиной старого дома на Хейзел-стрит. В углу валяется сломанная лампа, купленная на распродаже. Её дочь Эмили, 15 лет, в рваных джинсах, тыкает в телефон, сидя на подоконнике с треснувшим стеклом. «Слушай, завтра в школе сборник по химии нужен», — бросает Эмили, не отрываясь от экрана. «Деньги на учебники кончились, придётся
Джейк Марлоу, детектив с хронической бессонницей, находит в кармане третьей жертвы—бездомного из-под моста на 45-й—сломанные карманные часы с гравировкой «07:23». В кафе «Red Lantern» бармен Лина Рейес, стирая пятно виски со стойки, бросает: «У моего клиента вчера такие же были. Уехал в такси с номерами 347-ХК». Она рисует на салфетке треснувший циферблат, пока Джейк давит крошки чизкейка в
Кирилл, 17 лет, в ржавой куртке от «Спортмастера», копался в старом гараже за заброшенным цехом «Уралмаша» — искал детали для сломанного мотоцикла отца. В ящике с совдеповскими отвертками нашел черный прямоугольник с треснутым экраном — при касании устройство завибрировало, выдав голограмму карты Екатеринбурга с меткой «Анна-7». В автобусе №57, развалившись на сиденье с чипсами «Московский
Эмили Картер, продюсер с красной зажигалкой в кармане кожанки, пробирается через паутину проводов в подвале заброшенного госпиталя Святой Агаты. Ее ассистент Том, в потёртой футболке с принтом Radiohead, тыкает в планшет: «Камера в морге опять отвалилась. Там или крысы, или проводка 50-х годов». Эмили, не отрываясь от монитора, бросает: «Пошли Джесса — пусть перезапустит. Зрители ждут дрожи, а не
Лина, 17 лет, каждое утро заворачивает в кафе *Golden Gate* перед школой — берет кофе с корицей и проверяет треснутый экран телефона на новые сообщения от сестры Мии. Последнее фото от нее: закат над мостом, подпись *«Тут что-то не так…»*. Кай, ее друг из автомастерской на Хайт-стрит, в пятничный вечер находит в рюкзаке Мии карту с отметками возле порта. «Это не туристические зоны, — царапает
В старом приморском городке Грейпорт местный бармен Джейк находит тело своего друга Илайи в подсобке бара, с окровавленным свитером, зацепленным за крюк для бочек. В кармане Илайи — Polaroid 1987 года: они с Джейком, Лилой и Маркусом подростками сидят на пирсе, за спиной — полуразрушенный маяк. Лила, теперь школьная учительница, приходит на опознание и замечает, что на фото у Илайи на шее висит
Лора Ковач приезжает в Уинтерсборо, штат Мэн, после звонка из больницы — мать умерла от передозировки, но в её спальне Лора находит коробку с письмами 1998 года. На конвертах пятна от виски, адресованы некому Карлу Харрису, владельцу лесопилки. «Она боялась его, как огня», — бормочет Лора, перечитывая строчку: «Джейкоб прикроет всё, если я заплачу». Джейкоб, её отец и шериф, застаёт дочь в
Лайош, младший архивариус из будапештской библиотеки, натыкается на папку с пометкой *«Kék róka»* в старом железном шкафу за стеллажами с церковными книгами. Внутри — письма 1944 года от женщины по имени Эржебет, описывающей эксперименты над детьми в подземной лаборатории под горой Геллерт. Он решает проверить адрес из писем — переулок Városház у рынка возле базилики Святого Стефана, но находит
Зои Меррик, 19 лет, курьер на потрёпанном мопеде Honda Today, объезжает Сиднейский район Редферн — индустриальные склады с граффити-портретами местных панк-групп, забегаловку *Fish’n’Grit*, где пахнет пережаренным маслом. Её подруга Миа Чен, механик в гараже на Кливленд-стрит, чинит старый Ford Falcon, руки в машинном масле до локтей. «Опять штраф прилетел?» — бросает Миа, увидев смятый конверт в
Лена Ковальски, бывшая инженер-электрик, копается в груде проводов под мостом Фишер-Фривей. Её младший брат Тайлер пропал три дня назад, оставив только битый смартфон с записями странных частот. В кафе «Ржавый терминал» на 8-Майл-Роуд она сталкивается с Марко, парнем в залатанной кожаной куртке, который ворчит: «Твой брат лез туда, куда не просили. Теперь за ним и тебя вычислят». Лена замечает
Лена Моррис, библиотекарь с фиолетовыми прядями в волосах, каждое утро заваривает чай в термосе с отколотой ручкой, пока разбирает старые газеты в подвале городской библиотеки Бирмингема. Там она натыкается на письмо 1943 года, засунутое между страниц о рецепте пудинга. «Если ты это читаешь, они уже следят», — выведено детским почерком. Рядом — фото мужчины в шляпе с пустым лицом. В тот же день
Лиза Морроу, двадцать три года, каждое утро протирала стойку в закусочной *Red Hornet* на окраине Чикаго. За окном — ржавые гаражи, трейлеры с отслоившейся краской. Ее брат Джейкс, ворча, ковырялся в моторе старого «Шевроле»: «Если я сегодня не доберусь до Бродвея, клиент прибьет меня гвоздем к шине». В холодильнике у Лизы завалялась записка от их отца-алкоголика: *«Не ищите — сами напросились»*.