Лиам, бывший механик с татуировкой якоря на запястье, живет в трейлере на окраине Лас-Вегаса. Его девушка Джейн, с облупившимся лаком на ногтях, работает в закусочной «Синий кактус», где замечает, что Лиам третий день подряд заказывает только черный кофе и кекс. «Сколько ты задолжал Мэллою?» — спрашивает она, вытирая стойку тряпкой с запахом старого масла. Лиам молчит, перебирает ключи от своего
Лайза Морроу, 27 лет, барменша из депрессивного района Виннипега, находит в подвале своей съемной квартиры коробку с дневниками предыдущей жилички — Эмили Кроу. Страницы исписаны тревожными заметками: *"17 октября. Снова видела белый фургон у склада на 8-й улице. Номера замазаны грязью, но на бампере наклейка с логотипом 'Northern Star Logistics'"*. В перерыве между сменами
Лив, пятнадцатилетняя рыжая, с царапинами на руках от переноса коробок, первая заметила странности в новом доме. На кухне, где пахло плесенью и старыми яблоками, её младший брат Макс спросил: «Ты слышала, как кто-то царапается под полом?» Сара, их мать-одиночка, развешивала гирлянды с облезлыми лампочками, бормоча: «Это ветер, успокойтесь». Вечером соседка миссис Грин принесла им имбирное
Лиза, учительница литературы из школы №14, живет в пятиэтажке на улице Гагарина. Утром она заваривает чай в потрескавшейся кружке с надписью «Лучшему педагогу-2018», пока соседи сверлят стену. Её ученик Саша Михеев не приходит на урок второй день. В разговоре с завучем Галиной Петровной та бросает: «Может, сбежал к отцу в Питер? У него же там дела…» Вечером Лиза замечает у подъезда Сашиной
В Барселоне, на узкой улочке Грасиа, 19-летняя Мария подрабатывает в кафе «Ла Сомбра», разливая эспрессо для пенсионеров, обсуждающих футбол. Ее сосед, Карлос, худой студент-архитектор, каждое утро рисует в блокноте фасады домов, пока ждет автобус №24. Однажды он замечает, как Мария выносит мусор в старом чемодане с наклейкой отеля «Касабланка»: «Этот чемодан… Ты не из Малаги?» — спрашивает он,
Дэнни Холл, худощавый парень с шрамом над левой бровью, работает мойщиком окон в торговом центре Бейкерсфилда. Каждое утро он надевает перчатку из кожи аллигатора, скрывающую металлическую клешню, которую смазывает машинным маслом из гаража своего трейлера. По пятницам после смены он заходит в магазин *Серебряный колокольчик*, где продает старику в очках с треснувшей линзой мешочки с волчьей
Лена, вечно в растянутом свитере, тащит в квартиру Джейка сумки с крафтовым пивом — он настаивает, что «Bud Light убивает атмосферу». В прихожей Сэм клеит гирлянды поверх пятна от красного вина, оставшегося после прошлой попойки. «Опять пятно замазываешь? — кричит из кухни Оливия, разбирая посудомойку. — Я же говорила, надо было сразу соду сыпать». В углу гостиной Ноа спорит с Алеком насчет
В Харперс-Глен, затерявшемся между лесами и заброшенными фермами, Мэдисон и Дэвид пытаются начать жизнь с чистого листа. Дом на Пайн-стрит, купленный через аукцион, оказался ловушкой: в кухонном шкафу они нашли пачку писем 1973 года, адресованных некой Элис. «Кто это вообще читает?» — бросает Дэвид, закидывая коробку в гараж. Мэдисон замечает, что обои в гостиной, якобы свежие, уже пузырятся у
Лиам, 27-летний интровертный техник метеостанции в заливе Седжвик, каждое утро записывал показания уровня воды. В его дневнике за 12 октября появилась запись: *"Прилив на 3 метра выше нормы. Рыбаки в порту говорят, что крабы светятся"*. Он сопоставлял данные со старыми журналами отца-океанолога, когда в дверь постучала Зои — рыжая девушка в потрёпанной кожаной куртке. Она тыкала пальцем
Джейк, сотрудник MI5 с потёртым портфелем и привычкой жевать мятные леденцы, переезжает в кирпичный дом на Бервик-стрит. Его цель — семья Морганов: Грэм, инженер с неизменной чашкой чая «Эрл Грей», Софи, её руки всегда в муке от выпечки, и дочь-подросток Эмили, которая рисует комиксы в тетрадях с котами. «Ты правда из Бирмингема?» — спрашивает Грэм за завтраком, разглядывая царапины на запястье
Клэр, 23 года, с утра до ночи мелет перец чили в крошечной забегаловке «Хабанеро» где-то на окраине Чикаго. Хозяин, старик Луис, вечно ворчит, что она пережаривает креветки: «Опять как подошвы, *миха*! Клиенты не жуют резину». Она копит на курсы сомелье, пряча купюры в банку из-под оливок, но каждый раз деньги уходят на ремонт сломанной вытяжки. По четвергам заходит Джейк, курьер с татуировкой
Лина, барменша из кафе на углу Bahnhofstrasse, каждое утро выносила мусор в серый контейнер с треснувшей крышкой. Её сосед Марко, механик из гаража за аптекой, вечно курил на балконе третьего этажа, пепел падал на её кактусы в жестяных банках. «Опять мои эхинопсисы в пепле? – кричала она, тряся лейкой. – Придумай уже пепельницу!» Он отмахивался, пряча за ухо карандаш из-за ремонта старых