Ева, бывшая студентка медколледжа, подрабатывает в клининговой компании, моет полы в офисах на Невском. В квартире Павла, владельца сети кофеен, она случайно разбивает статуэтку в виде лошади — подарок его экс-жены. *«Можете вычесть из зарплаты»,* — бормочет она, подбирая осколки тряпкой для полировки мебели. Павел, вместо штрафа, предлагает ей роль «сопровождающей» на корпоративе: *«Там будут
Лиза, девушка из неаполитанского квартала Скуорпианелло, работает в химчистке за углом от пьяццы Джустиниани. Каждое утро она протирает стекла витрины тряпкой с разводом, пока ее мать кричит с балкона: *"Съешь хоть кусок фокаччи, а то опять до вечера не дождусь!"* Карло, адвокат из семьи владельцев оливковых плантаций в Апулии, заходит в ту же химчистку с пятном от эспрессо на лацкане
Элиас Морроу, капитан грузового корабля «Стрела», ворчит на сломанный навигатор, пока его пальцы в масляных перчатках ковыряют плату. В трюме механик Кира Восс, с фиолетовой прядью в чёрных волосах, чинит гипердвигатель, попутно ругаясь на Элиаса через рацию: «Опять залил панель кофе? Ты ж сам её чинил вчера…» На станции «Зеро-Пять» они берут контракт — доставить медикаменты в колонию на спутнике
В пригороде Рима двое друзей, София и Лука, роются в подвале заброшенного кинотеатра "Стелла". София, в потёртой кожаной куртке, находит коробку с VHS-кассетами 80-х. "Смотри, тут что-то написано красным — *Лидия не ушла*", — тычет пальцем в надпись. Лука, закатывая глаза: "Опять твои бредни". Вечером у него в гараже, пахнущем машинным маслом, они подключают старый
Юта, 17 лет, втирает соль в порезы на ладонях перед утренней сменой на консервном заводе «Хамано» в портовом Симада. Его друг Кейго, затягиваясь сигаретой у ржавых труб за цехом, бросает: *«Через месяц сваливаю в Осаку. Здесь сдохнешь раньше, чем заработаешь на новые ботинки»*. Юта молча поправляет промасленный платок на шее — тот пахнет тухлой скумбрией, как и весь район. В цеху грохот конвейера
Эмилия, колумбийская журналистка с шрамом на левой руке, нашла в архиве лондонской библиотеки письмо 1943 года с упоминанием клиники «Серафина». Там же встретила Ингрид — датский врач, которая искала записи о пропавшей бабушке. «Ты тоже наткнулась на эти цифры? 12-7-22 — это не дата», — прошептала Ингрид, разворачивая схему тоннелей под Копенгагеном. В кармане у Эмилии лежала фотография её
Фрэнк, сорокалетний водитель грузовика из Небраски, обнаруживает в гараже коробку с письмами от покойной матери. В одном из них — упоминание о женщине по имени Лила: *«Если что-то случится, отдай ей кольцо. Она живет в Омахе, на Харпер-стрит, 12»*. Фрэнк берет старую карту и банку кофе навынос, решает заехать по адресу после рейса. В домике с облупившейся краской его встречает пожилая соседка:
Мейбл, пятнадцать лет, переезжает с матерью-официанткой в квартиру над мексиканской закусочной на углу 45-й и Бродвея. В школе она сталкивается с Карлосом — парнем в потертой кожаной куртке, который рисует граффити на стене магазина *Ramon’s Auto*. «Ты вообще видела хоть один живой кактус до Техаса?» — усмехается он, когда Мейбл пытается помочь с плакатом для школьного фестиваля. По вечерам она
В старом офисе на Хауэлл-стрит в Сан-Франциско Лила Морган, программистка с треснувшим экраном iPhone X, обнаруживает аномалию в алгоритме сортировки мусора для проекта *Kaleidoscope*. Ее напарник Маркус Вей, в красных кроссовках со шнурками, перевязанными узлом «бабочка», спорит с Роджером («Просто добавь фильтр по датам, это же не нейрохирургия»), пока пьет остывший латте из картонного стакана.
Чиди, парень с рынка Икея, копался в старом сундуке отца после его похорон. Нашел потрепанный дневник с пометкой *«Абача, 1998»* — внутри записи о перевозках контрабанды через реку Нигер, имена вроде *«Обинна должен исчезнуть»*, фотография женщины, похожей на его тетю Нкем. В тот же день к нему подкатил ржавый пикап: *«Твой батя задолжал за груз солярки, — царапнул по горлу ножом водитель, — или
Лена Фогель, журналистка из берлинского районного издания, копается в архивах городской полиции. Её коллега Томас, химик-любитель, находит в пробах воды из Шпрее следы редкого соединения — цианистый бензол. «Пахнет миндалем, как в детстве у бабушки, когда пекла торт», — бормочет он, переливая жидкость в пробирку. Лена замечает, что все пропавшие женщины — работницы заброшенного завода «Хемико»,
Майя, 23 года, каждое утро развозит заказы из семейной пекарни «Лунный крендель» в пригороде Бостона. Запах ванили въелся в кожу, а в кармане куртки всегда завалялась пара леденцов для местных детей. Однажды после смены, чиня сломанный велосипед у старого гаража за автострадой, она натыкается на коробку с кассетами VHS, помеченными «Д.К. — испытания 1998». Вечером, в своей однокомнатной квартире