Макс садится на лодку, кишащую вампирами. Твари умеют появляться и исчезать по своему желанию, и выбраться с судна нельзя. Герой пытается спасти женщину, которую любит, но любая его попытка натолкнуться на пустоту: он застревает в космической временной петле. Каждый новый цикл начинается с той же минуты отчаяния. Макс уже знает, где прячется враг и кто умрёт следующим, но знание не даёт силы.
Терри влачит серое существование, пока на берег не выбрасывает человекоподобное морское существо. Между ними быстро вспыхивают чувства, и вопрос «может ли человек полюбить рыбу» становится для героя личным. Терри боится потерять не просто необычное создание, а единственную искру в своей пустой жизни. Старший брат-уголовник уже точит зубы на диковинку: он хочет заполучить существо раньше, чем
Из глубин индонезийских джунглей древний состав просачивается в современный город, застывший в эстетике девяностых. Здесь тени движутся сами по себе, а привычная реальность даёт трещину. Августа, бывшая каскадёрша, подрабатывающая частным сыском, берётся за новое дело. В ходе расследования она заражается загадочным соединением. Теперь ей открываются лавкрафтианские ужасы, скрытые в тёмных углах
В доме появляется незнакомка, и тихий быт двух женщин трещит от напряжения. У каждой за плечами тёмные секреты, и встреча эта не случайна: они слишком похожи, хотя обе не готовы это признать. Доверие здесь - ловушка, а прошлое - оружие, которое может выстрелить в любую минуту. С каждым часом игра в вежливость становится опаснее. Одна выдаёт себя за жертву, другая - за спасительницу, но зритель
Пятнадцать студентов киношколы отправляются в глухомань Северной Каролины снимать дипломный проект. Место выбрано не случайно: «Дьяволова падь» - реальная точка на карте, где местные легенды обещают нечто необъяснимое. Ребята надеются поймать жути на камеру и сделать эффектное кино. Их записи нашли на следующий день. В погоне за кадром группа забирается всё дальше от дорог и связи. Каждый треск
Сбежавший из лечебницы Фредди Палмер прокладывает кровавый путь через лес. Ему всё равно, что попадается на дороге: дома, люди, случайные прохожие. Он вооружён ножами, топорами и собственными руками, и каждое орудие служит одной цели - утолить безумную жажду убийства. Жертвы пытаются спрятаться, но маньяк не знает усталости и не оставляет свидетелей. Лес становится ловушкой, где любой шорох может
Компания нью-йоркских туристов едет в Техас по следам событий «Техасской резни бензопилой». Их машина ломается посреди пустынного шоссе. Пешком, за пять часов, они добираются до жилья незнакомца, который предложил помощь. Северяне смотрят на южан сверху вниз, и взаимная неприязнь нарастает с каждой минутой. Гостиница оказывается лачугой. Хозяева не скрывают презрения к чужакам, а чужаки - своего
Семь избалованных наследников собираются в старом особняке дяди Слизо, чтобы узнать, кому достанется его состояние. Каждый из них рассчитывает на свою долю, но хозяин приготовил не скучное зачитывание завещания, а нечто иное. Вместо привычных формальностей гостей ждёт私人ный киносеанс из старых плёнок и рекламных роликов, которые дядя снимал годами. Смех за столом стихает, когда на экране мелькают
Солнце безжалостно печёт пустырь, а Джим, человек без дома и без опоры, мажет краской стену чужого дома. Тот, кто нанял его, называет это помощью беднякам. На деле он снимает каждый взмах кисти, каждую секунду унизительного труда на плёнку. Джим борется с ломкой и голодом, а его работодатель не даёт ни глотка воды, ни минуты передышки. Вокруг только стены, пустая комната и объектив камеры, за
Решить, снимать ли документальный фильм о спиритических досках, или отказаться, пока не поздно. Для съёмочной группы в Луизиане это уже не вопрос профессионального любопытства: эксперимент с доской запускает цепь пугающих событий, которые быстро перестают быть материалом для картины. Каждая следующая запись на камеру фиксирует не просто странные звуки, а присутствие, которое не собирается
Лена, 27 лет, в грязном фартуке кафе *Red Kettle*, каждое утро вытирает подтеки латте со стойки. Бесс, её соседка с третьего этажа, красит стены в своей мастерской за углом — запах акрила смешивается с ароматом подгоревшего тоста. «Ты где? У меня клиент снова кофе пролил», — шипит Лена в рацию, спрятанную под прилавком. «Секунду, краска не сохнет», — отвечает Бесс, оставляя отпечаток ладони на
Мать-одиночка Элен собирает вещи сына в прихожей брюссельской квартиры. Мартену грозит исключение из школы за вспышки агрессии, и она везёт его в Люксембург к родителям отца, которых мальчик никогда не видел. Аристократическая пара принимает невестку и внука с пугающей лёгкостью, словно ждали их всю жизнь. Мартен успокаивается, впервые за долгое время выглядит здоровым. Но когда Элен хочет
