Лиза Мартин, семнадцать лет, живет в Рокпорте — прибрежном городке, где даже воздух пахнет солью и рыбой. Каждое утро она завтракает в кафе *Wavebreaker*, где ее подруга Миа Санчес разливает кофе с сиропом и ворчит: «Опять налью тебе бесплатно, но только если перестанешь говорить клиентам, что их заказ — гадость». Лиза фыркает: «Ты сама знаешь, что латте с тыквой на вкус как мыло». В школе
Эмма с рыжими волосами и шрамом на щеке первая заметила, что в приюте «Грейс Филд» что-то нечисто. После того, как исчезла Кони, оставив на кровати потрёпанного плюшевого зайца, Эмма с Рэем ночью пробрались за ограду. В старом кабинете Мамы Изабеллы они нашли груду детских игрушек в углу и папку с метками — цифры, как на их шеях. "Ты видел? 22… Это номер Ланны, которую увезли на прошлой
Люк, младший аналитик в страховой компании, каждое утро толкается в переполненном вагоне метро между станциями *La Chapelle* и *République*. Его старший брат Антуан, сантехник с татуировкой *«1987»* на запястье, вечно ворчит за семейным ужином: *«Опять клиент залил соседей — платишь ты, или я?»* В их съёмной квартире на севере Парижа трещит розетка, из-за которой Люк постоянно забывает зарядить
Джейк, парень в засаленной куртке с капюшоном, каждое утро чинил старые «тойоты» в мастерской на окраине Лос-Анджелеса. Его подруга Мира, вечно опаздывающая на уроки химии, однажды притащила в гараж сломанный дозиметр — прибор трещал как сумасшедший возле трансформатора за школой. «Там что-то вроде… дыры, — она щелкнула ручкой по экрану, — но не в воздухе. В данных». Тай, сосед Джейка по
Тиа, 16 лет, в рваных джинсах и с термосом чая мате, каждый вечер пробирается через заросли можжевельника к заброшенной метеостанции на холмах Крайстчерча. Там она находит странные металлические осколки с гравировкой в виде спиралей. «Опять эти штуки у туалетов для треккеров валяются», — бормочет её друг Хоака, чиня велосипед с помощью изоленты и палки от мороженого. В школьной столовой, где
Лейла переезжает в рыбацкий городок Рокпорт после развода родителей. Её соседка Миа, дочь владельца лобстерной "Морской клык", помогает разгружать коробки с книгами и старую гитару Fender. "У нас тут в школе все друг друга знают с пелёнок, — предупреждает Миа, разбивая яйцо о край сковородки. — Если Бенджи спросит про твои розовые шнурки, говори, что это из Майами". По
Шьям Сингха Рой, худощавый парень в очках с треснувшей оправой, каждое утро пробирается через шумный рынок Калькутты к полуразрушенному дому на окраине. В комнате с облупившимися обоями он роется в старых журналах отца, пропавшего десять лет назад. Сестра Амита, перебирая рис на кухне, бросает через дверь: «Опять застрял в этих записях? Мама сказала — пора искать работу, а не призраков». Шьям
Лина, 12 лет, в рваных кедах перебирает камни на берегу Бледского озера, пока не находит под скамейкой заржавевший ключ с гравировкой *Fabbrica 54*. Дома, между страницами учебника по биологии, обнаруживает письмо отца: *«Если что-то случится — ищи в Триесте, за синим вагоном»*. Сумка через плечо, бутерброд с ветчиной в кармане — она садится в поезд до Триеста. На вокзале мальчишка в засаленной
В заброшенной тюрьме «Блэкрок» на окраине Невады 27-летний Джек Торн, осуждённый за кражу медикаментов, втирает масло в ржавые петли камеры 12B. Его сосед, пожилой механик Рико Мартел, шепчет: *«Через три дня патруль сменится — только окно на складе. Пропустишь — сгниешь тут, как я»*. По утрам заключённые собирают электронные платы в мастерской: охранник Харрис бьёт дубинкой по столу, если кто-то
Йошио Онода, японец с потёртым блокнотом и привычкой теребить шарф, приезжает в Париж после звонка от Эмили Лефевр — дочери археолога, пропавшего в Камбодже. В её квартире на Монмартре, пахнущей кофе и масляными красками, он находит карту с пометками «Сиемреап» и обрывок письма: *«Они знают про храм, но не про тоннель»*. Перебравшись в Брюссель, Йошио роется в архивах Музея Африки, пока
Лиора, барменша с татуировкой ящерицы на запястье, каждую ночь протирает стойку в *"Кедма"* — забегаловке возле тель-авивского порта. В четверг, когда кондиционер снова сломался, к ней подсел Амир, парень в потёртой кожаной куртке. *"Ты видела Давида? Он пропал после той вечеринки у Эли..."* — спросил он, разминая в пальцах окурок. Лиора вспомнила: тот самый вечер, когда в
Юки, студентка-второкурсница, каждый вечер задерживалась в кафе «Лунар» возле станции Сибуя, рисуя в потрёпанном скетчбуке. Её сосед по общежитию, Хирото, подрабатывал там бариста и ворчал, замечая, как она стирает ластиком контуры лиц: «Опять переделываешь? Пора бы уже смириться, что идеальных людей не существует». Он после смены закидывал рюкзак с ноутбуком за плечо и шёл в свою комнату,
