Лина, 23 года, каждое утро пробирается через шумный рынок на Бруклин-авеню, чтобы открыть кофейню *Red Sparrow*. За прилавком вечно спорит с Марко, ее соседом детства, о том, кто забыл заказать овсяное молоко. «Ты же вчера закрывалась!» — тычет он в грязную тетрадку с инвентарем. По вечерам они рисуют граффити на заброшенном складе у реки, пока Лина не замечает, что старуха с третьего этажа,
Дзютаро Аракава каждый вечер заклеивает пластырем мозоли на ладонях, пока Рэй, его десятилетняя дочь, клеит звезды на потолок их квартиры над диваном с выцветшей обивкой. В спортзале "Санрайз Додзё", где трещат половицы, он отрабатывает опорный прыжок, а Майкл Гарсия, его тренер в растянутых спортивных штанах, кричит: "Ты думаешь, я не вижу, как хромаешь в раздевалке?". По
Лирон, 22-летний механик из Хайфы, чинит старый Suzuki в гараже своего дяди Амира. Каждую среду он заходит в кофейню «Эшколь» на улице Алленби, где Майя, студентка-антрополог из Чикаго, заказывает эспрессо с кардамоном и переводит ивритские стихи. «Ты опять пролил масло на сиденье», — бросает она, указывая на пятно на его куртке. Он смеётся, достаёт из кармана ключ от заброшенной мастерской в
Ми-ён, с фиолетовыми прядями в волосах (краска за 5000 вон из магазина у метро), втискивает детскую коляску в лифт центра "Новый старт". На третьем этаже Джинсун, в растянутом свитере с пятном от молока, спорит с медсестрой: «Почему Соа всегда на руках? Я же говорила — пусть привыкает к кроватке!» В прачечной Хе-вон, шестнадцатилетняя, стирает подгузники вручную — автомат сломался
Алия, в потёртой кофте с пятнами от кофе, каждое утро пробирается через шумный базар возле технопарка. Ержан, её напарник с паяльником за ухом, вечно торчит в подсобке, где пахнет горелым пластиком. «Опять эти провода перепутали, — хрипит он, разматывая кабель, — хоть раз метки ставь!» В логах системы Алия натыкается на строки с ошибками, датированными 1998 годом — годом, когда её отца уволили с
Ли Чэн в пятнадцать минут шестого утра уже таскал воду из колодца в треснувшем пластиковом ведре. Бабушка Сяолин кашляла за ширмой из бамбука, требуя чаю с жасмином. «Собираешься до старости тут киснуть?» — Сяо Мин, соседский парень, щёлкал семечки, глядя, как Ли Чэн перевязывает помидорные кусты проволокой. В ответ — молчание: Ли Чэн вытирал пот рукавом застиранной рубахи, боясь сказать, что в
Джек, рыжеволосый парень в очках с треснувшей дужкой, разгружает коробки с учебниками по географии в тесном магазинчике на Хоуторн-стрит. Кофеварка шипит, заливая коричневым пятном пластиковый поддон. Незнакомец в кожаной куртке с потёртыми локтями берёт с полки сборник стихов Эмили Дикинсон. "Ты пропустил страницу при распаковке, Джек", — говорит он, протягивая книгу. Рука с синим
Эдди, 17 лет, каждое утро заваривает растворимый кофе в треснувшей кружке перед сменой в гараже отца на окраине Питтсбурга. Ржавые ключи от старых «фордов» висят на гвозде рядом с календарем 2005 года. После школы он меняет прокладки на двигателях, слушая, как Лиам, его друг из кафе через дорогу, жалуется на внезапные отключения света в районе: «Вчера морозилка с чизкейком опять отключилась —
Лейла, 23 года, с сигаретной смолой под ногтями, меняет простыни в номере 7 мотеля на шоссе 66. На тумбочке — разбитый радиоприемник, постоянно шипящий прогнозом погоды. В подсобке за стойкой регистрации она натыкается на потрепанный дневник прошлой владелицы: *«19 октября. Гость в черном плаще оставил сумку с… даже не знаю, что это было. Слишком холодное, чтобы трогать»*. Винсент, новый
Лена, старшеклассница из приморского городка Рокпорт, каждое утро перед школой забегает в кафе *"Волна"*, где работает её друг Джесси. Он ворчит, разливая кофе: «Опять забыла сахар?» В сумке у Лены — потрёпанный блокнот с картой, найденной в подвале старой библиотеки. На полях карты — пометки её покойного отца-океанолога. После уроков она тащит брата-гика Марка к заброшенному маяку.
Джейк Морроу, 17 лет, каждое утро перед школой проверяет прогноз волн на потрёпанном смартфоне в трещинах. Его младшая сестра Элли, 14, ворчит, пока чистит ржавчину с цепи своего велосипеда: «Опять впустил песок в душ? Мама опять орть будет». Их дом — синий трейлер в парке караванов под Байроном, где пахнет жареным беконом от соседей-пенсионеров. После уроков Джейк подрабатывает в *Surf Shack*,
Надя, 23 года, работает в кофейне *Red Maple* на углу Сент-Лоуренс и Рю-Шербрук в Монреале. Каждое утро она замечает девушку в черной кожаной куртке, которая берет капучино с двойной пенкой и садится у окна, рисуя в блокноте с наклейкой бабочки. «Тебя как зовут?» — спрашивает Надя, протирая стойку. «Баттерфляй», — отвечает та, не поднимая головы. Вечером Надя находит на столике обрывок бумаги:
