Мужчина сидит за столом и медленно ест грибы. Каждое движение откусывания и пережёвывания растягивается в немой проекции до почти неприличной длительности. Роберт Индиана, художник, становится объектом портрета, где сам процесс поглощения пищи обретает ритуальную тайну. Уорхол намеренно путает порядок смонтированных частей, отчего время теряет линейность. Временами к столу подходит дружелюбный
Волны у берега разбиваются о скалы, и Ён-су, полицейскую со стажем, выбрасывает на этот клочок суши не шторм, а приказ о переводе. Женщина застряла между двумя берегами: дома её ждёт дочь-подросток, которой она не решается рассказать о разводе, а на новом месте председатель общины требует поддерживать безупречный образ острова ради государственных субсидий. Ён-су замечает, как местные парни
Комиссар Йона Линна теряет время: в пригороде Стокгольма вырезана семья, выжил только тяжело раненный мальчик. Убийца уже на пути к старшей сестре, ещё не знающей об опасности. Единственный свидетель - ребёнок, но он в шоке и не может описать преступника. Линна уговаривает врача Эрика Марию Барка нарушить давнее обещание и загипнотизировать мальчика. Эрик соглашается, и показания, добытые под
Анна и Тайлер застряли на безлюдной дороге: машина не заводится, а до дома далеко. Чернокожий мужчина останавливается помочь, и его красноречие сразу располагает к себе уставшую пару. Но вскоре в поведении спасителя проступает что-то, от чего хочется держаться настороже. Герои уже приняли помощь, и теперь отступить мешает не только вежливость, но и растущее чувство, что они в ловушке собственного
Обычное утро медсестры Елены прерывает труп незнакомого мужчины в её собственной квартире. Ей за тридцать, жизнь давно превратилась в череду серых будней и несбывшихся мечтаний, а долгожданный «принц» так и не появился. Вместо него - мёртвое тело и цепочка странных событий, которые врываются в устоявшийся быт. Елене предстоит понять, как незнакомец оказался в её судьбе и что на самом деле значит
Осень 1947 года. В Угольной Линии прошёл почти год с разгрома банды Сеньки Кривого, но люди снова гибнут. Отпечатки на орудии убийства совпадают с отпечатками покойного налётчика, а самого Сеньку то и дело видят то в посёлке, то на кладбище. Паника накрывает село плотно: мёртвый вернулся. Лейтенант Высик в нечисть не верит, но объяснить, кого видят сельчане, не может. У него и без того голова
Быть детективом Чи-уком - значит ловить убийц любой ценой: бить, запугивать, подставлять. Коллеги видят хладнокровного зверя, который не знает жалости и не проигрывает. Но внутри этого мужчины живёт секрет, который он прячет под формой и грубостью. Тайное желание - стать женщиной. Каждое утро Чи-ук надевает маску жестокости, а ночью снимает её перед зеркалом. Охота на преступников становится его
Взрыв в старшей школе разворачивается в реальном времени. Один ученик с огнестрельным оружием и взрывчаткой начинает атаку на учащихся и преподавателей. Пятеро студентов успевают забаррикадироваться в подвале, оказавшись в ловушке собственного укрытия. Стрельба снаружи не стихает, а внутри нарастает паника. Ребята заперты с ограниченным запасом воздуха и без связи с внешним миром. Каждое решение
Бывшая учительница Жуана д’Арк потеряла свой дом - его забрала мэрия Рио-де-Жанейро. Всё, что у неё осталось, это попытка вернуть крышу над головой, и она вступает в неравный разговор с городской машиной. Её путь пересекается с Фарао, пиратом-рыбаком из бухты Гуанабара, который живёт по своим законам и тоже привык терять. Никаких гарантий, что справедливость восторжествует, а чиновники окажутся
Проша застыл в детстве: после гибели родителей он не взрослеет, но твердо знает, кем хочет быть. Он станет скульптором, как отец. За ним присматривает сестра Оля, шеф-редактор на радио «Повод». Пока она ведет передачи и разбирает чужие проблемы, брат живет в своем мире. Но однажды Олю сбивает машина. С этого момента по городу прокатывается волна нападений. Жертвы - сотрудники радио «Повод».
Зимняя глушь, где завтра неотличимо от вчера. Фельдшер Смирнов и учитель Астеин - единственные образованные люди на всю округу. Дни их сливаются в лечении крестьян и обучении детей, вечера - в разговорах вдвоём. Мечты о любви и яркой жизни остаются лишь в мыслях, пока привычный быт не даёт трещину. Опасность, о которой они не подозревают, уже подбирается к их дверям. Сможет ли эта размеренная
Связка ключей, бубенцов и оружейный лязг: мир «Человека из Ла Манчи» начинается с театральной бутафории, которая вот-вот станет единственной реальностью. В тюремном застенке XVI века поэт и драматург Мигель де Сервантес разыгрывает для сокамерников историю выжившего из ума идальго. Тот перекроил своё имя, облачился в ржавые доспехи и отправился в поход за справедливостью во имя грубой крестьянки,
