Марина, сотрудница банка с ежедневным маршрутом «дом-офис-школа дочери», случайно сталкивается с Алексеем в лифте бизнес-центра на Тверской. Он, архитектор в очках с потёртой оправой, торопится на встречу с заказчиком, роняет папку с чертежами. «Извините, я…» — бормочет он, собирая бумаги, а она замечает царапину на его часах. Вечером Сергей, её муж, разогревает котлеты, спрашивает: «Почему в
Андрей, геолог из Ленинграда, приезжает в туркменское село Карагель с бригадой буровиков. Местный старик Мурат, в засаленном халате и тюбетейке, хрипит у костра: «Здесь копнешь – духи проснутся. Унесет тебя ветер, как ту лису в песках». На складе, пахнущем мазутом и курагой, инженер Сергей чертит карту скважин, ворча на забитый песком фильтр в чайнике. Ночью дочь Мурата, Шемши, приносит Андрею
Галина Петровна, 68 лет, живет в сибирской деревне Светлогорке: каждое утро начинает с растопки печи, пока на окнах не тает иней. В сарае квохчут куры, в углу — корзина с прошлогодними яблоками, пахнет смолой и квашеной капустой. Соседка Марфа, в платке поверх седых кудрей, приносит банку морошки: *«Твой-то Пашка опять про телевизор верещит? У меня Витька в городе тоже… Все эти их “компьютеры”»*.
Анна возвращается в приграничный городок Светлогорск после десяти лет в Киеве. Ее мать, Людмила, встречает на автовокзале в выцветшем платье и резиновых сапогах: «Опять кастрюли забыла в общежитии?» В старом гараже на улице Лесной Максим, ее школьный друг, ковыряется в двигателе «Жигулей», обтирая руки промасленной тряпкой. За неделю они успевают обсудить закрытие местной школы, цены на гречку и
Провинциалка Настя с чемоданом и томиком Чехова выходит на вокзале в Москве. Её селят в пятиэтажку на окраине — комната с облупленными обоями, соседка-алкоголичка Марья Ивановна вечно ворчит через стенку. Утром Настя моет полы в квартире Березиных: Сергей, глава семьи в дорогих часах, раздражается, когда находит разводы на стеклянном столе. Его жена Ирина, пахнущая дорогими духами, поправляет
Маша тащит пакеты из «Ленты», проклиная треснувший лифт в хрущёвке на Чкаловской. В офисе на Рубинштейна её ждёт Артём, начальник-зануда: «До дедлайна три часа, а ты в спортивных штанах?» Лиза в общаге на Гражданке переводит Бодрийара для курсовой, параллельно споря с Сашей по WhatsApp: «Ты опять с той стервой из Тиндера пил?» Ася гоняет чаи в «Доме Культуры» на Подольской, уговаривая бармена
Артём, владелец небольшой строительной фирмы в Екатеринбурге, каждое утро заезжал за Лизой, своей бухгалтером, на старой "Ладе-приоре". Её квартира в пятиэтажке пахла сыростью, а в лифте вечно валялись окурки. "Опять перевела на счёт СтройКомпа? Ты с ума сошла?" — шипел он, пока она молча доставала из сумки папку с накладными. В офисе, заваленном чертежами и пустыми
В Екатеринбурге, на промерзшем мясокомбинате «УралПромМясо», грузчик Николай Семёнов находит в полувагонах с говяжьими тушами труп коллеги — Вадима. На шее покойника синеет татуировка в виде перевернутого серпа. «Ты че, слепой? Это же брак упаковки», — хрипит начальник цеха Геннадий Павлович, тыча пальцем в клеймо на мясе, совпадающее с тату. Николай получает расчёт, но замечает в кабинете фото:
Светлана, бухгалтер из Москвы, устала от ежедневной офисной рутины и холодных отношений с коллегами. Ее квартира на Ленинском проспекте — стерильный порядок, но вечерами она замечала, как скрипят половицы, будто дом тоскует по жизни. Ольга, учительница из Киева, прятала синяки под рукавами: муж-алкоголик разбил последнюю семейную фотографию в порыве злости. Через агентство они договорились
Артём Крылов, врач-реаниматолог из московской горбольницы №23, три недели не спал. Его сын Павел, восемь лет, лежал в палате с лимфобластным лейкозом, а счет за немецкий препарат висел на холодильнике — 17 тысяч долларов. В подсобке морга коллега-санитар шепнул: *«Ищи Михеева. Он в Басманном переулке берёт подопытных, но деньги платит»*. Артём нашел клинику за вывеской «Аптека №4»: там Сергей
Кирилл, бывший биохимик, натыкается в подвале заброшенного НИИ под Владивостоком на коробку с пометкой *«Проект 12-84»*. Внутри — пробирки с мутной жидкостью и дневник на японском. Он звонит Анне, переводчице из местного университета: «Тут формулы какие-то… как будто про синтез клеток через радиацию». Анна, разглядывая записи при свете настольной лампы в своей однокомнатной квартире, замечает
Кирилл, пятнадцать лет, в рваной куртке и с плеером в кармане, прячется от матери в подвале котельной. Его друг Сашка неделю не появляется в школе — после ссоры с отцом, который разбил бутылку об стену гаража. Лера, соседка Кирилла, находит в почтовом ящике записку с адресом заброшенной дачи за рекой: *«Принеси папины деньги, там, под плитой»*. Они крадут велосипеды у двоих младшеклассников,
