Сергей Морозов, бывший инженер с обветшалой квартирой в Люберцах, собирает команду: Наташа, парикмахерша с навыком подделки подписей, и Костя, студент-программист, торгующий контрафактными дисками у метро «Парк Культуры». Их первая афера — продажа фальшивых путёвок в Сочи через подставную турфирму. Сергей, примеряя роль директора, в дешёвом костюме из «Горбушки» ведёт переговоры с чиновником: «Вы
Серега рылся в подвале школы, пока не наткнулся на коробку с потрескавшейся изолентой. Внутри — пожелтевшие схемы ракеты, подписанные корявым почерком: *"Проект 'Буран-2', 1987"*. Лена, разбирая листы при свете фонарика, тыкала в расчеты: "Тут даже формула Циолковского… Твой дед, говоришь, на заводе этим баловался?" Серега молча достал из кармана ключ от гаража, где
Максим, худощавый парень в потертой кожанке, вернулся в Сорокино после десяти лет в Питере. Первым делом зашел в «Рассвет» — столовую на вокзале, где раньше с отцом ел пельмени по воскресеньям. За углом столкнулся с Ольгой, которая тащила коробки с экспонатами для краеведческого музея. «Ты? Сюрреализм в провинции — это как ухаживать за кактусом в тундре», — фыркнула она, поправляя очки,
Кирилл, парень в засаленном комбинезоне с автозавода «Прогресс», каждое утро пил чай из треснувшей кружки в кафе «Рассвет» на улице Гагарина. Однажды он застукал бригадира Семёна в подсобке, тот воровал запчасти: *«Достаточно трёх ящиков — и сбыт через Витька-таджика»*. Кирилл спрятал в телефон обрывки разговора, но забыл выключить диктофон — вечером в его общаге на Парковой, 12, зазвонил
Настя, бывшая журналистка из Москвы, приезжает в захолустный городок Подгорное после разрыва с мужем. Её сестра Катя, местная фельдшер, устраивает её в школу учителем русского — директор Борис Петрович, в засаленном пиджаке, сразу цепляется к методикам: «Вы тут с вашими столичными заморочками долго не протянете. У нас дети дрова колют, а не сочинения пишут». Настя селится в полуразвалившемся доме
Катя, 23 года, живет в Перми, работает официанткой в кафе «Рассвет» у вокзала. По вечерам тайком репетирует в подвале ДК «Металлург», где кружок танцев арендует зал с протекающим потолком. Там же встречает Антона, гитариста из полураспавшейся группы «Серая зона», который подрабатывает установкой звука. «Ты слышала, как фальшивишь на верхних нотах?» — спрашивает он, поправляя провод микрофона.
Кирилл, 19 лет, с утра до вечера пахнет типографской краской — работает печатником в цеху на окраине Петербурга. После смены шатается по барахолкам у Сенной, ищет редкие пластинки: у него под кроватью коробки с записями «Аквариума» и Цоя. В букинисте на Литейном, пока перебирал потрепанную обложку «Радио Африки», столкнулся с Аней — девушка в промокшем зеленом плаще спросила: «Выбросишь эту
Лера, 23 года, ночная смена в круглосуточном магазине у метро «Беговая». За прилавком — пустые кофейные стаканы, гул холодильника с энергетиками. В три ночи заходит старик в выцветшем пиджаке с пятном на рукаве: «Три раза стукнешь, три раза назовешь — твоё» — протягивает ржавый медный сосуд. Дома в хрущевке, пока мать спит за тонкой стенкой, Лера бьет кулаком по джинсам: «Хочу отца назад». Утром
Анна, 23 года, живет в пятиэтажке на окраине Санкт-Петербурга, где окна кухни выходят на ржавые гаражи. Ее парень Дмитрий, водитель грузовика, возвращается с рейсов поздно, пахнет машинным маслом и дешевым табаком. В четвертой серии он швыряет пачку денег на стол: *«Хватит ныть про долги. Вот, бери, только заткнись»*. Анна молча подбирает купюры, замечая царапины на его костяшках. На следующий
Артём, 17 лет, втихаря мастерит радиоприёмник из старых деталей в подсобке киевского завода «Прогресс». Его сосед по общежитию, москвич Игорь с татуировкой скорпиона на ключице, ворчит, разбирая банку тушёнки: «Ты этими железяками границу не сломаешь. Через месяц меня обратно в общагу на Тимирязевской выселят — там хоть печки работают». Артём кидает в него болт с резьбой — промахивается, попадает
В промзоне под Нижним Новгородом, среди ржавых гаражей и разбитых асфальтовых дорог, трое — Артём, его сестра Лиза и их друг Дима с автосервиса «Волга» — каждую пятницу собираются в заброшенном бомбоубежище. Артём, в засаленной куртке с шелестящей пачкой «Беломора» в кармане, чинит старый магнитофон, пока Лиза рисует на стене граффити — космонавта с треснутым шлемом. «Слушай, хватит маяться
Лера, 17 лет, втискивается в узкий лифт панельной девятиэтажки на окраине Москвы. На пятнадцатом этаже — квартира с отслоившимися обоями, где Игорь, ее одноклассник, моет полы с «Белизной»: мать-алкоголичка снова не проснулась к его приходу. «Ты с ней поговоришь?» — бросает он Лере, выжимая тряпку в ведро с серой водой. Она молчит, разглядывая трещину на потолке — след от затопления соседями
