Лина, 17 лет, переезжает в заснеженный пригород Колорадо после смерти матери. На второй день она заблудилась возле кафе «Polar Brew», в зелёном шарфе и с потёртым чемоданом, когда заметла парня в белой куртке, чинившего фонарный столб. «Снег слишком громко хрустит под ногами», — сказал он, не оборачиваясь, протягивая ей упавшую варежку. Его звали Сноу, и он знал, что Лина терпеть не может холод,
В пригороде Чикаго Лора, 32 года, каждое утро замешивает тесто в кафе *Dough & Co.*, доставшемся от тети Мардж. Ее младший брат Джейкоб, 25, пытается реанимировать бизнес по доставке мороженого, но ржавый грузовик 1998 года ломается на перекрестке Maple и 5th. «Ты опять взял деньги из кассы?» — Лора швыряет в него прихваткой, когда обнаруживает недостачу. Их мать Эвелин, 60, в это время
Джеки в рваной кожаной куртке стоит на краю крыши склада в районе Цим Ша Цуй, внизу — груда картонных коробок. Рядом Сэм Хунг, каскадер с шрамом на подбородке, кричит: *«Если сломаешь ногу, не жди, что понесу тебя в госпиталь!»* Джеки смеется, поправляет накладной кровоподтёк на щеке и прыгает, цепляясь за ржавый кран. Внизу Мэй Лин, монтажёр в очках с толстыми линзами, ворчит на оператора за
В Бруклине, под шум дождя, частный сыщик Винсент Мэрлоу в смятой шляпе и прожжённом пальто торгуется с уличным информатором Луи "Жабой" Гарреттом. «Двадцать баксов, и я расскажу, кто слил бензин с доков», — сипит Луи, пряча лицо под козырьком кепки. Мэрлоу бросает на мокрый асфальт потрёпанный блокнот с адресами подпольных складов — там вчера нашли тело грузчика с татуировкой якоря на
В старом доме с треснувшими плинтусами и скрипучими половицами Том, серый кот в потертом ошейнике, засыпает у печки, положив лапу на пустую миску. Джерри, рыжий мышонок в заплатанных штанишках, пробирается к холодильнику, подпрыгивая, чтобы дотянуться до ручки. «Слышь, пушистый мешок, это мой кусочек!» — шепчет он, выуживая вонючий сыр *Камамбер* из тарелки с остатками вчерашнего супа. Том,
Док Сэмюэл, ветеран Вьетнама с татуировкой карты на предплечье, коптил рыбу на углях у своей хижины под Новым Орлеаном, когда к нему вломилась Лора — дочь пропавшего геолога. «Отец нашел что-то в болотах… Они его взяли ночью, слышала выстрелы», — она разбрызгивала дождевую воду с плаща. Сэмюэл, не отрываясь от костра, бросил: «Лора, твои ботинки в грязи по колено. Завтра к рассвету — или не
В Ленинграде, осенью, студентка хореографического училища Лида Королёва тайком репетирует в пустом классе. Полустертые маркировки на паркете, скрип половиц под пуантами, запах кофе из соседнего буфета — всё это смешивается с ее мыслями о предстоящем экзамене. Старший брат Гриша, механик с завода «Красный Октябрь», ворчит за ужином в коммуналке на Моховой: «Ты с ума сошла, ноги сломаешь!» Лида
Сюжет крутится вокруг Селестины, служанки в доме стареющего барона де Монклара в Лионе. Она таскает в корзине не только белье для стирки, но и любовные записки между Эмилией, дочерью барона, и студентом-медиком Люсьеном. «Скажи ему, ждет у фонтана завтра, но если опоздает — больше не увидит», — бормочет Эмилия, пряча в корзину шелковый платок с инициалами. Селестина за уголом перепродает барону
Боря, которого все зовут Баха, живет в пятиэтажке на окраине города. Его друг Гоша из соседнего подъезда вечно что-то паяет в гараже отца, а Лера, соседка с третьего этажа, таскает в рюкзаке потрёпанный справочник по геологии. Во дворе, где ржавые качели скрипят даже без ветра, они нашли под куском шифера старую монету. *"Это же 1965 год!"* — Гоша тыкает в гравировку грязным пальцем.
Зок, коренастый мужчина в комбинезоне с потёртыми заплатками на локтях, копался в двигателе приземлившегося корабля, пока его жена Тара собирала сине-фиолетовые ягоды с колючих кустов. Их сын Зор, лет десяти, пытался починить дрона-дракона Глоопа, царапая паяльником по оплавленным проводам: "Опять контакты окислились…" В это время дочь Зина, держа в руках сканер из ржавого металла,
Юи Хирасава чуть не уронила тост с клубничным джемом, когда Рицу Тайнака перегородила ей дорогу у школьных ворот. «Эй, новичок! Ты же вчера подписала заявление в клуб!» — Рицу тыкала пальцем в смятый листок, пока Мио Акияма нервно поправляла очки. Юи, путаясь в словах, объясняла, что перепутала кружок чайной церемонии с легендарной группой «Death Devil», чей плакат висел в классе 3-2. «Но у меня
Химари, пятнадцатилетняя школьница из пригорода Осаки, находит в комнате покойного деда потрескавшееся зеркало в медной оправе. За ним — коридоры замка с дверьми, отмеченными символами зодиака. «Здесь время течёт вспять, но только на три дня», — объясняет ей Кайто, мальчик в чёрном хаори, который ест *данго* с балкона, наблюдая за часами-курантами. В кармане у Химари — записка брата Юки,
