Эмиль, 16 лет, копался в подвале бабушкиного дома в районе Плато-Мон-Руаяль, когда нашел потрескавшийся серебряный кулон с рунами. «Черт, бабуля говорила, тут только старые газеты», — пробормотал он, вытирая пыль рукавом худи. В тот же вечер тень с балкона напротив начала следить за ним — каждый раз, когда Эмиль заваривал латте в кофемашине, в окне мелькал силуэт в плаще. Через три дня кулон сам
Скрат, весь в царапинах и пыли, долбил лапами трещину в скале где-то под жарким солнцем пустыни, пытаясь засунуть туда желудь. Внезапно земля затряслась — из расщелины вырвался пар, а каменная плита под его лапами треснула с грохотом, словно гигантский ледник ломался весной. «Опять ты?» — рявкнул проходящий мимо бронированный глиптодонт, но белка, прижимая желудь к груди, уже мчалась прочь,
Карло, молодой фермер с потрескавшимися от солнца руками, нашел труп в оливковой роще возле Катании. Тело лежало лицом вниз, нож торчал между лопаток, а в кармане пиджака — фотография Лолы, танцовщицы из бара *El Sol* в Валенсии. Она приехала накануне, спрашивала в порту о пропавшем брате-моряке. «*Mierda*, — прошептала Лола, разглядывая снимок, — он обещал привезти шелк из Генуи, а не вляпаться
В стамбульском районе Бешикташ Дила, 28-летняя официантка с татуировкой журавля на запястье, каждое утро вытирает столики в кафе "Мерджан". Её сосед Эмир, механик с обгоревшим пальцем от паяльной лампы, регулярно заказывает кофе с кардамоном и ворчит: *"Опять сахар забыла? У тебя в голове дыры, как в моём гараже"*. По вечерам Дила подрабатывает в прачечной, где старый хозяин
Лайт Ягами, старшеклассник из Токио, находит на школьной площадке чёрную тетрадь с надписью «Death Note». В примечаниях на обороте указано: *«Человек, чьё имя будет записано здесь, умрёт»*. Скептически усмехнувшись, он вписывает имя уличного бандита из теленовостей. Через 40 секунд в прямом эфире показывают, как преступник падает замертво. Рюк, бог смерти с серой кожей и рваными крыльями,
Лука, журналист из Милана, приезжает в прибрежный городок Сант-Андреа после письма от подруги детства, Клаудии. Её исчезновение списали на побег из-за долгов, но в её комнате он находит разорванную фотографию местного рыбного рынка и пустой флакон с этикеткой аптеки "Дель Марко". В баре "Вердешка" бармен Марчелло, вытирая стойку тряпкой с запахом уксуса, говорит: "Она
Капрал Жюльен, 22 года, копал окопы под Верденом, когда осколок разорвавшегося снаряда пробил ему бедро. Лейтенант Марешаль, бывший школьный учитель, перетянул рану грязным бинтом, пока Жюльен скрипел зубами: *"Дождь смывает кровь быстрее, чем мы успеваем её пролить"*. В траншеях пахло гнилой землёй и порохом; солдаты спали стоя, прислонившись к мешкам с песком. На рассвете немцы
Чарльз Рейнольдс, агент с потрепанным кожаным портфелем, ждал Уорда у киоска с папиросами на станции «Площадь Революции». Снег таял на плечах его шинели. «Куртка из Бруклина не спасет от московской зимы», — бросил Уорд, передавая конверт с водяными знаками. Внутри — список из восьми фамилий, перехваченных в переулке за гостиницей «Ленинградская». Рейнольдс спрятал бумагу в подкладку шапки, когда
Виктор, пятнадцатилетний паренек в залатанной куртке, каждое утро пробирался через дворы спального района Ленинграда к школьным мастерским. Там, среди запаха машинного масла и стружек, он возился с полуразобранным мотоциклом «Восход», который нашел на свалке за хлебозаводом. Лида, его соседка с третьего этажа, воровала из дома отцовский паяльник, чтобы помочь ему с проводкой. «Слушай, у тебя
В старом пятиэтажном доме на углу 14-й улицы Нью-Йорка Лена, 34-летняя инженерка метро, каждое утро покупает кофе в бумажном стакане у ларька с выцхлой вывеской "Джоуи". Её соседка по лестничной клетке, Роза, 72 года, постоянно жалуется на шум труб: *"Опять твой кот дерёт мой коврик? Я в полицию позвоню, Ленка!"*. После работы Лена замечает трещину в стене своей квартиры, из
Муген, бродяга в рваном хаори, врезается в Дзина у лотка с жареными кальмарами. «Эй, киска, — хрипит он, тыча пальцем в катану ронина, — давай проверим, чей клинок тупее». Дзин молча отступает, но Муген выхватывает кривой меч, задевая бочку с солеными сливами. Их схватка рушит ларьки: летит рис, трещат бамбуковые циновки. Фу, девчонка с коротким кинжалом за поясом, кричит: «Ищите самурая, который
В Кито, Эквадор, Луис Монтальво, механик с засаленными руками, обнаруживает в багажнике разбитой Toyota пистолет и пачку долларов с пятнами крови. Его сестра, Мариана, фельдшер скорой помощи, ворчит: «Опять везешь хлам с разборок? Смотри, чтоб *они* за тобой не пришли». Ночью пара сталкивается с наёмником в чёрной ветровке, который обыскивает их квартиру в районе Ла Флореста. Луис прячет чемодан
