Лора, с рыжими волосами, загорелыми до плеч, поправляла стопку полотенец в спа-зоне отеля «Палм-Шор». В воздухе висел запах лаванды и солевой взвеси с океана. Джейк, его руки в царапинах от раковин, разделывал лобстера на кухне ресторана, когда в дверь заглянула Эмили в белом платье и с бокалом маргариты. «Шеф, мне нужен совет: креветки с чили или тартар из тунца?» — она прикусила край соломинки.
Эмили Картер приезжает в Хартвуд — поселок у канадской таайги — после смерти отца, оставившего ей полуразрушенную лесопилку. В старом доме пахнет смолой и пылью: на кухонном столе валяется квитанция за незаплаченный свет, в углу — ящик с ржавыми гвоздями. Люк Доусон, сосед в засаленной фланелевой рубашке, заходит без стука: *«Твой батя обещал отремонтировать мой грузовик. Теперь это твоя
Эмили Картер, с потёртым чемоданом и блокнотом бабушкиных рецептов, въезжает в Вудсток на старой «Тойоте». Первое, что делает — идёт в заброшенное кафе «Лавовый пирог», где когда-то работала подростком. В кармане джинсов — ключ от ржавого замка, который ей передала тётя Марго. «Тут даже мыши сдохли от скуки», — бормочет она, протирая окно с трещиной. На кухне находит коробку с фотографиями:
Ли Хуэйчжэнь вкалывала на текстильной фабрике в промышленном районе Ляонина. Каждый день начинался с гула станков и облаков синтетической пыли, оседающей на её фартуке. После смены она спешила в хрущёвку на окраине, где мать, Чжан Юйлин, требовала уколоть инсулин в сухую кожу бедра. «Тебе уже двадцать шесть, — ворчала та, закатывая рукав халата, — Ван из магазина спрашивал, когда ты перестанешь
Эмили, в потёртой кепке и с подпалиной на руке от гриля, моет посуду в кафе *Лагуна* у озера Кристалл. Джейк, парень с выцветшей татуировкой якоря на запястье, заказывает кофе и роняет мелочь из рук: «Чёрт, я же только приехал, а уже всё ломаю». Она смеётся, замечая его рюкзак с биркой автовокзала. Он говорит, что сбежал от отца-алкоголика в Торонто, ищет работу. Эмили приводит его к дяде-рыбаку,
Линь Сяо, ассистентка в стоматологии на окраине Пекина, каждое утро начинала с проверки инструментов: зеркала, зонды, наконечники для бормашины. В её коричневой сумке всегда валялись леденцы с ментолом — подкупала ими пожилых пациентов, вроде г-на Ли, который ворчал: «Опять эти ваши щипцы? Лучше бы чаю принесли». В обеденный перерыв она пряталась в подсобке, доедала лапшу быстрого приготовления,
В старом районе Мумбаи Амиша, 28 лет, разбирает коробки в аптеке отца после его смерти. Под стопкой рецептов находит блокнот брата Раджива, пропавшего три месяца назад. На страницах — чертежи машин с непонятными формулами («*Зачем ты рисовал шестерни на полях?*» — шепчет она, проводя пальцем по пятнам чая). В углу последнего листа — адрес заброшенной типографии возле рынка Кроуфорд. По дороге
Лейла, 27 лет, работает в крошечной кофейне на углу Бродвея и 8-й улицы в Бруклине. Каждое утро она поправляет синий шейный платок, маскирующий шрам от операции, и переставляет чашки с трещинами, которые клиенты не замечают. В четверг, пока чинила сломавшуюся кофемашину, услышала: «Можно эспрессо и... вы уверены, что тут есть розетка?» Джейкоб, 31 год, архитектор с потрёпанным ноутбуком и
Клара, 28-летняя бармен из Бруклина, каждую среду после смены проявляет плёнку в ванной своей студии на Атлантик-авеню. В пятницу на открытии галереи в Челси она сталкивается с Итаном, корпоративным юристом, который прячет пустую бутылку антидепрессантов в карман пальто Burberry. Он заказывает у неё «Манхэттен», но получает стакан апельсинового сока с щепоткой перца — «Для бодрости, а не для
В Лондоне 1898 года Эмили Картер, двадцатитрехлетняя гувернантка с потрепанным чемоданом и выцветшим платьем, устраивается в особняк на Беркли-сквер. Ее комната под крышей пахнет сыростью, а по утрам она чистит серебряные подсвечники для леди Мэриотт, хозяйки дома, которая повторяет: *«Девочки должны быть незаметны, как тени»*. Дети — капризная Лидия, вечно роняющая куклу в фонтан, и Артур,
Ли Ён Бок, вдова с облупившимся лаковым гребнем в волосах, прятала брачные контракты под половицами в задней комнате своего дома. Каждое утро она переодевалась в поношенный мужской ханбок, чтобы встретиться с Хонг Чхолем — мелким чиновником, который таскал ей списки холостых дворян из уездной канцелярии. «Чхоль-сси, если сегодня опять принесёшь сведения о женатом землевладельце, сама найду тебе
Лайза Морено подрабатывает в кафе на углу 5-й авеню, разливая латте студентам из местного колледжа. Каждое утро она протирает стойку тряпкой с запахом плесени, пока её младший брат Эдди ковыряется в тостере, оставленном предыдущим владельцем. «Сломаешь — заплатишь из своей стипендии», — бросает она, замечая, как он выдергивает провода. За окном Джейк Картер, в засаленной куртке, толкает мотоцикл
