Ливия Морган возвращается в Редленд, штат Орегон, после исчезновения младшего брата Калеба. В старом доме, пахнущем плесенью и лавандовым освежителем, она находит коробку его вещей: потёртый блокнот с зарисовками роз с чёрными лепестками, билет в кинотеатр «Эмпайр» на несуществующий фильм и ключ от заброшенной водонапорной башни. В кафе «Динамо», где официантка Мэгги разливает кофе с привычным
Эмили Кларк, 27 лет, каждое утро открывает кофейню *La Brume* в переулке за рынком Жан-Талон. Её клиенты — пожилые учительницы с вязаными сумками, студенты с потрёпанными конспектами по квебекской литературе. В пятницу, когда она выносила мусор с прокисшим молоком, на скамейке у заднего входа оставили чёрный чемодан с биркой «Liam W.». Внутри — пачка квитанций за такси, фото полярного медведя из
Лора Мендес, 27 лет, моет стойку в закусочной *El Rincon* на углу 14-й и Брайант в Сан-Франциско, когда врываются двое в масках скинхедов. Один хрипло кричит: «Кошельки в пол, быстрее!» Она замечает татуировку на его запястье — стилизованную букву «М» с короной. Позже, в участке на Мак-Аллистер, ее сестра Нина, детектив с пятилетним стажем, щелкает ручкой: «Ты уверена, что это был *их* символ?
В Лилле ветеринар Элен Дюваль разбирает вещи в подвале после смерти отца. Её шестнадцатилетний сын Люка натыкается на коробку с треснувшим фарфором и дневником 1942 года. На странице 23 — фото мужчины, похожего на прадеда Рене, но в форме лесничего из Арденн. «Ты в курсе, что у нас там родня?» — Люка вертит потёртый снимок. Элен отмахивается: «Отец всегда врал про ту войну». На следующее утро она
Лайла Доусон, 28-летняя автомеханик из захолустного городка возле Пенсильванских гор, находит в рюкзаке пропавшего брата Итена потрёпанный блокнот с зарисовками птиц и координатами заброшенной угольной шахты. Она вспоминает, как за неделю до исчезновения он спорил по телефону: «Ты не понимаешь, тут не просто земля — они её едят». В гараже, пахнущем машинным маслом и ржавчиной, Лайла натыкается на
Джек Морроу, осуждённый за поджог, ковыряет ржавчину на пружинах койки в камере 12B тюрьмы «Хартленд». Его сосед, Картер Вейн (бывший адвокат, осуждённый за убийство клиента), рисует на стене маркером схему вентиляции. «Если пролезем через кухню, упрёмся в забор с датчиками движения», — бормочет он, обводя трещину на бетоне. Джек прячет под подошвой ботинка кусок проволоки, найденный в
В порту Дублина Шон Маккарти, втирая сажу с рук в потертую джинсовку, кричит брату Финну: «Ты спятил? Эти контейнеры проверяют таможенники каждые три дня!» Финн, доедая вчерашний сэндвич с тунцом, бросает упаковку в лужу: «Слушай, если бы ты не тормозил с разгрузкой, мы бы уже всё перевезли в гараж на Томас-стрит». Утром Шон пьёт чай с дешёвым печеньем в съёмной квартире над пабом, слушая, как
В деревне Нандипур, затерянной между рисовыми полями и высохшими холмами, 17-летний Вирай копался в развалинах старого храма Шивы. Нашел бронзовый амулет с треснувшим глазом бога — поднял, услышал шепот: *«Три ночи до полнолуния…»*. В тот же вечер его соседка Мира, стирающая сари в мутной воде Кальяни, показала на синяки на плечах — следы от рук отца-пьяницы. "Сбежим в город, пока не
Лена, 34 года, работает в рыбном магазине на углу 5-й авеню и 117-й улицы в Бронксе. Ее муж Виктор, бывший грузчик с татуировкой якоря на предплечье, перепродает краденые автозапчасти из гаража за закусочной «Эдди». Однажды утром Лена обнаруживает в поставке лосося металлический контейнер с черной икрой — 20 банок с маркировкой «Астрахань, 2021». Виктор, разглядывая банки сквозь сигаретный дым,
Авика, копирайтер из переулков Чандни-Чоук, услышала в обеденный перерыв, как менеджер Арджун шептал кому-то в телефон: «Рахул из отдела логистики вывез со склада три коробки техники. Говорят, продал через дядю в Кашмире». Она перебила его, роняя пакет с самосой в масляную лужу. «Ты уверен?» — спросила, вытирая руки о сари. Арджун замялся: «Может, сплетни… Но Санджай видел, как он грузил коробки
Лиза, 17 лет, каждое утро пробирается через толпу у метро «Василеостровская», чтобы успеть на уроки в школу №314. В старом доме на 3-й линии, где она живет с отцом Николаем, пахнет пылью от книг про Петербург XVIII века и пригоревшим чаем из бабушкиного заварника. В подвале, за ящиками с елочными игрушками, она находит потрепанный дневник Галины — умершей бабушки. На странице с датой «12 сентября
Арджун, 27-летний курьер из Дели, натыкается на потёртый медный амулет в лавке старьёвщика на рынке Садар. Вместо узоров на нём выцарапаны координаты — 28.6139° N, 77.2090° — указывающие на район Красного форта. «Это ж как почтовый индекс чёрта в адской канторе», — бормочет он, переворачивая артефакт в руках. Вечером, за чаем с кардамоном у уличного продавца, его друг Викас, студент-археолог,
