Юки Танака, старшеклассник из пригорода Осаки, случайно обнаруживает, что может замораживать время на 3 минуты 17 секунд, щипая себя за левое запястье. Его соседка Аяно Сираи, у которой за окном общежития постоянно гниют незакрытые пакеты с мусором, замечает аномалии: застывшие чайки в воздухе, недокуренную сигарету в руке бродяги у станции Намба. «Ты тоже видишь это?» — спрашивает она, вручая
Мию Судзуки, 17 лет, после уроков подрабатывает в кафе «Химэ» возле станции Сибуя. Разгребая коробки с залежалыми чашками в подсобке, она натыкается на потёртый конверт с фотографией отца — Кайто Судзуки, исчезнувшего год назад во время раскопок в префектуре Нара. В тот же вечер, протирая столик у окна, Мию замечает в толпе высокого парня в чёрном худи, который пялится на витрину. «Тебе чего?» —
Джейк Далтон чистит револьвер на крыльце покосившегося ранчо под Амарилло, пока младший брат Элай разбирает добычу из вчерашнего налёта на поезд. В мешке — пачки долларов, серебряные часы с гравировкой «Л.Х.», три флакона лавандовой воды. «Опять хлам тащишь», — хрипит Джейк, вытирая ствол о засаленную рубаху. Грейс, единственная сестра в банде, пакует консервы в ящик из-под патронов: «ЛаХойя банк
Андраш, плотник с облупившимися костяшками пальцев, копался в рюкзаке за гаражами на окраине Будапешта. Внутри пачки сигарет «Traffic» нашел сложенный вчетверо лист — списки подрядчиков с пометками «откат 15%». В баре «Кумпель» за столиком с липкой скатертью он толкнул бумагу Еве, своей сестре-журналистке: «Смотри, это же те самые стройки у Дуная. Кто-то крышует». Ева, поправляя очки с синей
Эмилия, библиотекарь из Сиднея, в старом ящике с пожертвованными книгами нашла потрёпанный дневник 1942 года. На первой странице — фото женщины, похожей на неё, подпись: «Кейт, медсестра госпиталя на Клифф-стрит». В тот же вечер, разбирая записи о бомбёжках, Эмилия услышала гул самолётов за окном — но за шторами мерцали огни небоскрёбов 2020-х. Сосед Джейк, чинивший в гараже дрон, зашёл за
В токийском книжном магазине «Харуми» Акира, 27 лет, в очках с толстыми линзами, ежедневно протирает полки, заваленные потрепанными изданиями. За старым ящиком с кассой он находит конверт 1973 года с письмами на смеси японского и ломанного английского: *"Ты говорил, сакура в Осаке белее, но здесь она розовая. Почему ты не приехал?"* — подписано «Мэй». Коллега Макото, жуя моти, бросает:
Люка Моро, 22 года, торчит у вокзала Сен-Лазар, перепродает краденые наушники из кармана потрепанной куртки. Его сестра, Эмма, работает в пекарне на Монмартре — замешивает тесто в шесть утра, пахнет маслом и жженым миндалем. «Сколько ты еще протянешь на этой хрени?» — бросает она, когда Люк заходит за остатками круассанов. Он пожимает плечами: «Пару месяцев назад Жерар из тату-салона предлагал
Грейс Фрейзер, психотерапевт с офисом на 72-й улице, замечает синюю женскую куртку в углу арт-студии сына. На следующий день тело Елены Алвес, матери одноклассника Генри, находят избитым в том же помещении. Джонатан, муж Грейс, хирург из больницы Маунт-Синай, внезапно пропадает, оставив в гостинице только зубную щётку и смятый чек из круглосуточной аптеки. Генри, перелистывая учебник по биологии,
Карлос, 17-летний механик из Гуанахуато, чинил старый «Фольксваген» в мастерской отца, когда Лупита, его соседка, зашла с корзиной тамалес. Её руки пахли кукурузной мукой и чили. «Пако снова не вышел на связь, — сказала она, вытирая пот со лба. — Вчера видели, как он нёс чёрный чемодан к церкви Сан-Хуан». Карлос вылез из-под машины, оставив пятно масла на джинсах. Они договорились проверить
Ларс, плотник из Копенгагена, каждое утро развозит детей по школам и садам на потёртом Volvo. Между звонками от клиентов ("Сантехнику в ванной переделать к пятнице!") и попытками собрать младшего, Оскара, который прячет ботинки под диваном, он втискивает кофе с булочкой-сникерс. Старшая, Лине, бросает через плечо: "Пап, ты забыл подписать разрешение на экскурсию. Опять".
Лейтенант Джейк Марлоу, с пятном кофе на мятой рубашке, каждое утро пробирался через переулок за пекарней «Глори», где продавщица Аня подсовывала ему чек с надписью *"23-й район. Проверь воду"*. В патрульной машине на сиденье валялись распечатки звонков: за последнюю неделю 14 сообщений о пропавших в районе старых доков. Напарница Риза, разбирая записи, тыкала ногтем в экран: «Слушай
Лиза Морган, 28 лет, медсестра в городской больнице Бостона, снимает квартиру на третьем этаже с треснувшим окном в гостиной. Её младшая сестра Клэр, 19, переезжает к ней после гибели родителей в ДТП — привозит чёрный чемодан с наклейками панк-групп и коробку комиксов, которые рисует сама: угловатые персонажи с пустыми глазницами. Первые дни всё тихо: Клэр варит кофе в старой эмалированной турке,
