Минхо, детектив с пятном кофе на мятой рубашке, копался в архивах участка на окраине Сеула. В папке 2003-го года нашел пометку о Чой Инэ — девушке, исчезнувшей после смены в прачечной «Голубой лотос». Коллега Пак, разминая затекшую шею, бросил: *«Брось эти пыльные бумаги. Ее муж давно признался — дело закрыто»*. Но в кармане куртки Минхо лежала записка, найденная в треснувшем киоске у метро:
Ли Тхэ-ри в синем фартуке с запахом селедки в волосах каждый день разгружала ящики на рыбном рынке Пусан-дона. Её отец, Ли Мансок, хрипел: "Кому ты такая нужна? Лучше выучись на бухгалтера". По вечерам она пряталась в заброшенном кинотеатре «Рассвет», где Ким Чжун Хи, парень с перепачканными машинным маслом руками, чинил проектор. "Опять соляркой воняешь", — бросала Тхэ-ри,
Хён У чинил мотор в гараже отца, когда Ми Су впервые зашла спросить дорогу к музыкальной школе. Ее белые кроссовки запачкались маслом, а он, вытирая руки о рваную ветровку, провел ее через переулок с ларьками, где пахло жареными орехами. Она оставила на заднем сиденье его скутера ноты Шопена, забытые поверх коробки с болтами. "Ты пахнешь бензином", — сказала она через неделю, когда он
Минхо, в потёртой кепке и с рюкзаком, забитым конспектами по физике, каждый день проходил мимо лавки с хоттеоками возле станции Чхондам. Соён, подрабатывающая там после школы, однажды крикнула: *«Эй, ты пятый раз наступаешь на ту же трещину в асфальте!»* — и сунула ему лепёшку со словами: *«Бесплатно, только формулы потом объясни»*. Они начали встречаться в парке Ёыйдо, где Минхо рисовал схемы
Минчжун, засыпая над учебником по макроэкономике в крохотной комнатке общежития, слышит, как сосед Хёнсу стучит в стену: «Опять кофе переварил? Вонь через окно тянется». За окном — переулок возле станции Каннам, где вечерами продавщица в розовом фартуке жарит хотток, прикрикивая на студентов, задерживающихся у лотка. Соён, подруга Минчжуна из кружка поэзии, оставляет ему в почте голосовое: «Ты
Чан Хо, парень в потёртой кепке и засаленной куртке, копался в двигателе старой «Сонаты» возле гаража в районе Хондэ. Его друг Ын Джэ, вечно с наушниками на шее, тащил ящик с ржавыми инструментами: «Слушай, если завтра не сдадим лабораторную по термодинамике, нас вынесут как мусор». Чан Хо вытер лоб рукавом: «Не гони. Вот этот мотор важнее — без него на гонку даже не подъедешь». Дома у него на
Ким Джихун, лейтенант с мешками под глазами от ночных дежурств, натыкается на пачку поддельных таблеток от давления в мусоре возле закусочной в районе Каннам. Его напарник, сержант Пак Минхо, в мятом пиджаке, тычет пальцем в этикетку: «Смотри, та же партия, что в аптеке на Чхондам-дон. Опять этот ублюдок Чо Инсок крутится рядом». Они перебрасываются старыми фотками из дела — следы фургонов с
Мира, младший дизайнер в рекламном агентстве "Blue Canvas", каждое утро покупает кофе с корицей в автомате на углу улицы Чондам. Её стол завален скетчами логотипов для новых клиентов — зубной пасты и сети веганских кафе. В обеденный перерыв она прячется на пожарной лестнице, доедая кимбап, пока коллега Ёнсу не находит её: "Опять тушуешься здесь? Директор ищет тебя — тот баннер с
Пак Та Ми, бывший сотрудник отдела мониторинга Unicon, переходит в Barro — конкурентную компанию, где сразу втягивается в схватку за данные. Утром, разливая кофе с ванильным сиропом в стеклянный стакан, она получает файл от анонима: скриншоты внутренней переписки Unicon. «Если опубликовать, Barro выиграет тендер», — шепчет коллега Со Джун, разминая затекшую шею. Та Ми стирает следы IP через
Чан Су, бармен с татуировкой дракона на запястье, каждый вечер открывал заведение в переулке за станцией Идэ. Неоновый свет от соседнего магазина лапши мерцал сквозь запотевшие окна. В 21:00 он наливал себе соджу, разбавляя пивом Cass, пока ждал редких клиентов. «Заказ на пиццу с тунцом? Опять не туда», — бурчал он в телефон, отодвигая пачку сигарет Menthol. На стойке лежала потрепанная книга
Чон Хи, младший редактор в издательстве «Мунхва», в метро по утрам всегда засыпала на плече у незнакомца в сером пальто. Однажды, выбегая на станции «Каннам», она зацепила зонтом за ручку его портфеля, рассыпав документы. Мужчина, представившийся Мин Джэ, сухо попросил «не устраивать цирк до восьми утра», но через неделю сам подошел к ее столику в кафе возле офиса, держа в руках ту самую помятую
Чон Соён, начинающая ведущая с хрипловатым голосом, каждую ночь втискивалась в крохотную студию на третьем этаже здания возле рынка Тондэмун. Рядом — Ким Минхо, звукорежиссер с привычкой жевать леденцы от кашля, раскладывал кабели и ворчал: «Опять кофе пролила на микшер. Видишь, кнопки залипают?» Соён, поправляя наушник, читала смс от слушательницы Юны, студентки из Тэджона: «Он сидит через два
