Даниэль, немецкий журналист, решает ехать в Чили, хотя его девушка Лена чувствует неладное. Он похищен тайной полицией, подвергнут пыткам и оказался в колонии Дигнидад - поселении, которое маскируется под христианскую коммуну. На деле это владения бывшего офицера вермахта Пауля Шефера, проповедующего умерщвление плоти и изнурительный труд. Даниэль становится рабом и подопытным в его бесчеловечных
Солнце нагревает бетон, делая жару почти осязаемой, а садовник Шорш за штурвалом маленького самолёта смотрит на облака. Он не привык говорить много: его жизнь давно дала трещину, брак превратился в пустоту, а компания в родном городке дышит на ладан. Каждый день похож на предыдущий, пока однажды он не поднимается в воздух. Странные посадки в неизвестных местах и встречи, которых не ждёшь,
Теннис сводит их на корте, но не соединяет. Штеффи Граф и Андре Агасси - две легенды, чьи карьеры уже стали историей, а личная жизнь - чередой кризисов и неудачных отношений. Давление семей, внимание публики и разные характеры держат их по разные стороны сетки, даже когда они рядом. Судьба даёт им второй сет. В мире, где каждый удар оценивают стадионы, им предстоит понять, что за жёсткой
Семейная идиллия даёт трещину, когда паре под пятьдесят. Пол и Эмилия - сценарист и актриса дубляжа, у них трое детей и репутация идеальной пары среди друзей. Но внешняя гармония перестаёт работать изнутри: годы совместного быта, устоявшиеся роли и накопившаяся усталость подтачивают то, что казалось незыблемым. Герои не ссорятся громко и не ищут повода для разрыва. Они просто перестают понимать
Он переводит Библию на латынь и мучается над каждым словом. Иероним знает: ошибка в единственной букве исказит Слово Божье на века. Его жизнь - не подвиг веры, а бесконечная битва с собственным несовершенством. В пустыне он искал Бога, в Ватикане - точности. Монах, который боится, что не справится. Каждое утро он садится за стол, смотрит на стопку пергамента и понимает: до смерти он успеет
Грохот японских бомб врывается в кабинет директора Siemens в Нанкине. Йон Рабе, немецкий бизнесмен, мог бы покинуть город вместе с другими иностранцами, но остаётся посреди военного хаоса 1937 года. Он разворачивает на заводской крыше флаг со свастикой, чтобы обозначить нейтральную территорию, и эта защита неожиданно становится единственным убежищем для сотен тысяч китайских мирных жителей. Рабе