Эдвард Радзинский


Он потерял всё: родину, имя, право петь на родном языке. Александр Вертинский, кумир Серебряного века, превращается в одинокого странника, раз за разом начинающего жизнь с нуля. Эмиграция не становится спасением: сцена даёт хлеб, но отнимает воздух. Письма и дневники артиста оживают в кадрах, где его голос звучит с чужих пластинок, а лицо остаётся засвеченным плёнкой. Ключ к его судьбе не в