Абу Лейла (2019)

Салах, лейтенант алжирской полиции с подпалиной от сигареты на мундире, рылся в отчете о третьем трупе за неделю. Все жертвы — мужчины с перерезанным горлом, на груди выжжен символ: перевернутый полумесяц. Его напарник Мессиауд, вечно жующий жвачку с мятным запахом, тыкал пальцем в карту: «Гараж возле рынка Эль-Хаммам. Свидетели видели белый фургон с царапиной на дверце». За окном участка в Касбе трещали генераторы — электричество давали на два часа в сутки. На столе между ними валялась открытка от дочери Салаха: *«Папа, когда ты привезешь обещанные краски?»*

В развалинах виллы под Ораном Салах нашел дневник убитого учителя. Страницы пахли дезинфекцией и апельсиновой цедрой. «Абу Лейла не человек, это как ветер из пустыни», — было написано дрожащим почерком на последней строке. Информатор в кафе *«Ле Тимгадин»*, щелкая косточки фиников, прошипел: «Твои коллеги из спецотдела знают, чьи бензовозы ездят ночью в порт». Мессиауд, разбирая архив 1992 года, выронил фото: подросток в школьной форме, лицо замазано черным маркером. «Это же твой брат?» — спросил он, но Салах уже вышел, хлопнув дверью с выцветшей табличкой *«Следственный отдел №4»*.