Баск (2022)

Лидия, 34 года, каждое утро поправляла платок на голове, прежде чем выйти на виноградники под Валенсией. В ящике старого комода она нашла письма 1947 года, адресованные некой Росауре от человека по имени Эстебан. «Если вернешься в Буэнос-Айрес, ищи дом с синими ставнями на улице Сан-Мартин», — выцвевшие чернила выводили строчки, пахнущие лавандой. Антонио, владелец погреба, ворчал, что её дед слишком много болтал с аргентинскими поставщиками: «Они обещали новые сорта лоз, а потом исчезли, как дым». Лидия заметила на карте в конторе пометку красным карандашом — порт Аликанте, 12 мая 1951.

Хавьер, мясник из Ла-Платы, чистил нож о фартук, когда в лавку зашла старуха с фото. «Твоя бабка Росаура сбежала в Испанию из-за ребёнка, которого не смогла забрать», — она тыкнула в потёртый снимок: женщина в чёрном платье стояла у ворот поместья, похожего на те, что Лидия видела в письмах. По вечерам Хавьер слушал записи танго с треснувшей виниловой пластинки, пытаясь уловить в хриплом голосе певицы акцент. В порту Мар-дель-Плата грузчик с татуировкой якоря сказал ему: «Ищи корабль «Санта-Инес» — они вывозили не только вино». В кармане у Хавьера зашелестел конверт с маркой Королевства Испания — адрес был написан тем же почерком, что и письма Лидии.