Шепоты и крики (1972)

Зимний свет в усадьбе, где стены помнят детский смех, а теперь отражают только тишину. Карен и Мария приезжают к умирающей Агнес, и дом наполняется не столько скорбью, сколько давними обидами, которые теснее любых объятий. Сёстры стараются быть рядом, но каждый взгляд и каждое несказанное слово только сильнее обнажают пропасть между ними. Единственная, кто действительно понимает Агнес - служанка Анна, чья тихая забота оказывается честнее родственных уз. Бергман вглядывается в лица крупным планом, и кажется, что камера фиксирует не просто мимику, а саму душу, разрывающуюся между долгом и усталостью. Остаётся только белая ткань простыни, которую Анна гладит рукой, не в силах согреть.