Канада. Грейс, менеджер по недвижимости из Ванкувера, прилетает в Альберту, чтобы убедить тётю Мэй продать ранчо Келлер. Она застаёт хозяйку с перебинтованной рукой — та упала с лестницы в амбаре. «Доктор сказал покой, а как тут отдохнёшь, если тут всё держится на мне?» — ворчит Мэй, помешивая суп на плите. Грейс остаётся, чтобы помочь по хозяйству: чинит калитку, которую снегом повалило,
Франко Мальиа, водитель грузовика с маршрутом Палермо – Неаполь, обычным утром разгружал ящики с лимонами на заднем дворе небольшой фабрики по производству ликёра. Его разговор с владелицей, Ливией, был о просроченной накладной и о том, что её сын-подросток, Марко, опять прогуливает школу. Возвращая пустой контейнер в порт, Франко наткнулся в секции для списанных кузовов на заржавевший
Мэгги, преподавательница музыки в лондонской общеобразовательной школе, каждую среду после уроков раскладывала потрёпанные папки с нотами в кабинете 3Б. Её хор из двадцати трёх человек, от застенчивого десятилетнего Финна до вечно ёрзающей пятнадцатилетней Лейлы, репетировал программу для городского смотра. «Финн, дыши глубже, — говорила она, поправляя очки. — Звук должен идти отсюда, а не из
В Чхюньвань, среди запаха рыбы и старого бетона, Ли Мэй нашла первый конверт. Внутрь белого бумажного пакета она высыпала серый песок, перемешанный с осколками ракушек. Следующий пришел через три дня, уже с обломком ржавой цепи. Анонимные посылки приходили ровно в полдень, их оставляли у двери её квартиры с голубыми стенами. На спине, под лопаткой, шрам обнаружила Ли Мэй — длинный, аккуратный,
В Нью-Йорке София, режиссёр-документалист, разбирает архив отца и находит жёлтый конверт с кассетой. На плёнке — голос незнакомой женщины, которая на испанском говорит: «Если ты это слышишь, значит, твой отец не смог приехать. Ищи меня у моря, в мастерской, где чинят лодки». Её отец, Карлос, молчавший о своём прошлом в Испании, теперь лежит в больнице после инсульта. София переслушивает запись
Хирото, бухгалтер из Токио, каждое утро толкается в переполненном вагоне метро на линии Яманотэ, а вечером считает чужие деньги в офисе с видом на неоновую рекламу. Его мир — это цифры в таблицах, контейнеры с готовой лапшей и одинокий кактус на подоконнике. Всё меняет звонок из деревни Сиракава-го: умер его дед, оставив старый дом и заросший мандариновый сад. Хирото приезжает на неделю, чтобы
Антуан, бывший пожарный, теперь разводит овец на своей ферме в предгорьях Севенн. Его сосед, Мари, владеет смежным участком, заросшим сухостоем, который Антуан называет «пороховой бочкой». Их конфликт начался из-за старого колодца и усугубился после того, как козёл Антуана сбежал через пролом в заборе. «Твои колючки — это готовый фитиль, Мари, — говорил он, указывая на заросли дрока. — Одной
В мюнхенском зоопарке рабочий Томас, бывший браконьер, по ночам ремонтирует вольеры. Узнав, что старую тигрицу Лину усыпят из-за болезни, он крадёт её, пряча в трейлере своего дяди-дальнобойщика на полузаброшенной заправке под Аугсбургом. «Два дня максимум, потом мы её отпустим», — врёт он дяде Карлу, который лишь хмуро протягивает ему ветеринарную аптечку. Томас колет тигрице антибиотики,
В Сан-Херонимо, засушливом городке в департаменте Атлантико, мэр Рикардо Вальехо подписывает контракт на строительство водоочистной станции, деньги на которую давно разворованы. Вечером, протирая пыль с фамильной статуэтки Сан-Мартина, он слышит хриплый шёпот: «Крадешь не у людей, Рикардо. Крадешь у жажды». Статуэтка поворачивает голову, и её гипсовые пальцы разжимаются. На следующий день на
**В квартире на Профсоюзной Марина разогревала детям рыбные котлеты, когда восьмилетний Петя показал на окно: «Опять тот дядя стоит». Заснеженный двор был пуст. Бабушка Нина, вытирая руки о фартук, буркнула: «Сказки не рассказывай», но пальцы её дрогнули — так же тридцать лет назад исчезла её дочь, мать Марины. На следующий день Петя принёс из школы потёртый значок с изображением пионерского
В старом доме на окраине Пуэрто-Игуасу, куда Камила привозит своего сына Лукаса, пахнет жареным мясом от соседей и влажной землёй. Лукас, ему девять, сразу находит во дворе странную куклу из потемневшего дерева — она лежала в корнях глицинии. Камила, уставшая от долгой дороги, бросает её в ящик с инструментами. «Пусть тут валяется», — говорит она, вытирая пот со лба. Но ночью Лукас просыпается от
В центре — Игорь, сорокалетний архитектор из спального района Москвы, который топчется на месте в фирме своего тестя. Его жена Таня давно сменила романтику на рутину: «Купи молока, вынеси мусор». В старом гараже, разбирая хлам после смерти отца, Игорь находит свернутую в трубку пожелтевшую карту города, на обороте которой детским почерком выведены синими чернилами желания: «Чтобы папа вернулся»,